Приглашаем посетить сайт

Cлово "РОССИЯ"


0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Варианты слова: РОССИИ, РОССИЮ, РОССИЕЙ

Входимость: 120.
Входимость: 114.
Входимость: 89.
Входимость: 69.
Входимость: 64.
Входимость: 49.
Входимость: 46.
Входимость: 43.
Входимость: 43.
Входимость: 42.
Входимость: 36.
Входимость: 33.
Входимость: 31.
Входимость: 30.
Входимость: 30.
Входимость: 27.
Входимость: 27.
Входимость: 27.
Входимость: 26.
Входимость: 26.
Входимость: 25.
Входимость: 24.
Входимость: 23.
Входимость: 23.
Входимость: 22.
Входимость: 21.
Входимость: 21.
Входимость: 20.
Входимость: 19.
Входимость: 18.
Входимость: 18.
Входимость: 18.
Входимость: 16.
Входимость: 15.
Входимость: 13.
Входимость: 13.
Входимость: 13.
Входимость: 13.
Входимость: 13.
Входимость: 12.
Входимость: 12.
Входимость: 12.
Входимость: 12.
Входимость: 12.
Входимость: 11.
Входимость: 11.
Входимость: 11.
Входимость: 11.
Входимость: 11.
Входимость: 11.

Примерный текст на первых найденных страницах

Входимость: 120. Размер: 96кб.
Часть текста: пожалуй, являются работы Ш. Монтескье, предложившего свой опыт осмысления феномена петровских реформ. Основное произведение этого представителя старшего поколения французских просветителей «О духе законов» содержит многочисленные упоминания о России и Петре. У Монтескье была своя «тропа» к России[1]. В данном случае с Вольтером его роднило то, что его интерес к далекой стране также имел философскую основу, и то, что на формирование этого интереса повлияло «Похвальное слово» Фонтенеля. Самостоятельный в своих выводах, Монтескье, по-видимому, пользовался фактами, приведенными в вольтеровской «Истории Карла XII». В «Персидских письмах» Монтескье (1721) лишь два письма касаются Московии. В одном из них речь идет о татарах, а в другом упоминается «царствующий ныне государь» – Петр I. Письмо это (51) представляет собой своеобразный вариант распространенной в Европе литературы курьезов и содержит упоминание целого набора московитских особенностей: деспотическая...
Входимость: 114. Размер: 130кб.
Часть текста: в. Отражая существенные черты историко-философских взглядов знаменитого автора, они вызвали широкий отклик и споры в Европе и в России. О работе Вольтера над петровской темой, особенно над «Историей Российской империи при Петре Великом», написано немало. В отечественной историографии наиболее солидные труды принадлежат Е. Ф. Шмурло, который изложил историю создания Вольтером его главной книги о Петре, обстоятельным образом осветил отношение знаменитого французского автора с его русскими заказчиками, помощниками и критиками. Исследователь опубликовал все замечания, полученные Вольтером из Петербурга. Е. Ф. Шмурло, начавший свою работу в России[1], и завершивший ее в эмиграции[2], дал, пожалуй, наиболее развернутую характеристику и оценку главного сочинения Вольтера о Петре I. Ряд ценных дополнений к этой характеристике содержит статья М. П. Алексеева «Вольтер и русская культура»[3]. В книге К. Н. Державина «Вольтер» (М., 1946) «История Петра» рассматривается как образец «философской истории». Большинство исследователей советского периода сосредоточились на частных вопросах, касающихся создания вольтеровской «Истории». Н. С. Платонова, Ф. М. Прийма, Е. С. Кулябко и Н. В. Соколова, Г. Н. Моисеева и другие вводили в научный оборот новые материалы с акцентом на особой роли М. В. Ломоносова в подготовке материалов для Вольтера. Изучая бытование произведений Вольтера в России, П. Р. Заборов пришел к выводу о том, что произведения Вольтера о Петре долго не могли пройти русской цензуры и вышли в России с большим опозданием[4]. Работы Л. Л. Альбиной, опирающиеся на материалы Вольтеровской библиотеки, раскрывают источники работ Вольтера о...
Входимость: 89. Размер: 71кб.
Часть текста: Наряду с этим происходило движение людей, идей и слов в другом направлении – из России во Францию. Именно поэтому франко-российские связи рассматрива-ются с двух сторон – следы России во Франции 1 и следы Франции в России. В данной статье преобладает второй аспект, однако он рассматривается как диалог, предполагающий не только наблюдения и оценки, но и двусторонний обмен мнениями. Когда первый французский дипломат Ля Невиль (La Néville) посетил Москву (это было в последний год правления Софьи, в 1689 г.), французский язык в России был еще неизвестен , и дипломат должен был завоевывать культурное пространство: “Я ему (сыну боярина Матвеева. – Авт.) посоветовал выучить французский язык, уверяя его, что в свои 22 года он выучит его легко и сможет удовлетворить свою страсть к чтению, потому что все старые и новые авторы переведены на этот язык” 2 . Матвеев французский язык выучил (именно он впоследствии подготовил визит Петра I в Париж), а уже через 100 лет...
Входимость: 69. Размер: 65кб.
Часть текста: в журнале: «НЛО» 2008, №93 http://magazines.russ.ru/nlo/2008/93/mil40.html На первый взгляд тема конференции, проходившей 10—12 апреля в парижском Доме наук о человеке и в университете Новая Сорбонна Париж-3, не отличалась новизной. “Образ иностранца: французы в России, русские во Франции” — это название не сулило ничего чересчур оригинального, поскольку русскофранцузские культурные связи — сюжет, не обойденный вниманием исследователей. Однако реальность конференции очень быстро развеяла скептицизм; мало того, что доклады по большей части оказались страшно увлекательными, они еще и очень точно отвечали формулировке: в наиболее удачных выступлениях речь шла не просто о судьбе того или иного француза или русского, но о формировании образов иностранцев, представлений о чужой стране. Тон задало самое первое выступление. Доклад Галины Кабаковой (Сорбонна Париж-4) назывался “Образ иностранца в европейских этиологических сказках”. Этиологические сказки, то есть сказки о происхождении, — термин “ученый”. Меж тем речь в докладе шла о представлениях самых что ни на есть простонародных, о том, как изображается рождение разных народов в так называемых “народных Библиях”, Библиях бедняков, зачастую весьма далеко уходящих от канонического Священного Писания. Народная мысль объясняет многообразие национальностей несколькими способами. Первый вариант докладчица назвала “сверхкомплектным творением”: например, все народы создал Бог, а потом дьявол стал подзуживать его, и Бог, не удержавшись, сотворил еще один, самый неудачный и неприятный, причем сделал это наиболее экзотическим и нелепым образом: топнул ногой — и вышел вестфалец, воткнул палку в землю — и получился нормандец, сунулся в кротовую нору — и получился чернокожий... Во многих сказаниях инициатором дифференциации народов выступает дьявол, а сама процедура творения носит, так сказать,...
Входимость: 64. Размер: 112кб.
Часть текста: песни - но еще не сочинена “Марсельеза”; кое-кто уже покинул Францию, предвидя кровавые события, - но большинство верило в будущее и было настроено весьма весело. Революция казалась довольно мирной и привлекательной даже для людей умеренных взглядов, каким являлся русский путешественник. “ Мы приближались к Парижу , - записывает Карамзин, - и я беспрестанно спрашивал, скоро ли увидим его? Наконец открылась обширная равнина, а на равнине, во всю длину ея, Париж!.. Жадные взоры наши устремились на сию необозримую громаду зданий - и терялись в ея густых тенях. Сердце мое билось. Вот он (думал я) - вот город, который в течение многих веков был образцом всей Европы, источником вкуса, мод - которого имя произносится с благоговением учеными и неучеными, философами и щеголями, художниками и невеждами, в Европе и Азии, в Америке и в Африке - которого имя стало мне известно почти вместе с моим именем; о котором так много читал я в романах, так много слыхал от путешественников, так много мечтал и думал!.. Вот он!.. Я его вижу и буду в нем!” Чутье будущего историка подсказывало молодому человеку, что именно здесь, теперь, в Париже 1790 года, находится ключ к мировой истории: угадывая будущее, Карамзин обращается к настоящему и минувшему. Однажды он отправляется в аббатство Сен-Дени - к гробницам французских...

© 2000- NIV