Приглашаем посетить сайт

Cлова на букву "U"


0-9 A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
Поиск  

Список лучших слов

 Кол-во Слово
61UBER
1UGH
1UGLINESS
3ULLA
6ULTRA
23UNA
2UNCLE
1UNCOLLECTED
455UND
3UNDER
1UNDERGO
1UNDERGROUND
1UNDERSTANDING
1UNDERSTOOD
1UNDERTOOK
1UNDOUBTED
146UNE
1UNFOLD
4UNFORTUNATE
2UNHOLY
7UNION
4UNIQUE
2UNITE
8UNITED
2UNITY
30UNIV
13UNIVERSAL
2UNIVERSE
104UNIVERSITY
2UNSEEN
1UNSOCIAL
1UNSUBSTANTIAL
3UPLOAD
23UPON
1UPSIDE
1UPTIME
1UPWARD
2URBAN
3URBANA
1URIEL
3URN
1URSULA
13USAGE
5USE
1USED
1USEFULNESS
1USHER
2USU
1USURPATION
1UTAH
1UTENSIL
3UTILE
2UTOPIA
2UTOPIAN
1UTRECHT

Несколько случайно найденных страниц

по слову ULLA

Входимость: 1. Размер: 130кб.
Часть текста: отношение знаменитого французского автора с его русскими заказчиками, помощниками и критиками. Исследователь опубликовал все замечания, полученные Вольтером из Петербурга. Е. Ф. Шмурло, начавший свою работу в России[1], и завершивший ее в эмиграции[2], дал, пожалуй, наиболее развернутую характеристику и оценку главного сочинения Вольтера о Петре I. Ряд ценных дополнений к этой характеристике содержит статья М. П. Алексеева «Вольтер и русская культура»[3]. В книге К. Н. Державина «Вольтер» (М., 1946) «История Петра» рассматривается как образец «философской истории». Большинство исследователей советского периода сосредоточились на частных вопросах, касающихся создания вольтеровской «Истории». Н. С. Платонова, Ф. М. Прийма, Е. С. Кулябко и Н. В. Соколова, Г. Н. Моисеева и другие вводили в научный оборот новые материалы с акцентом на особой роли М. В. Ломоносова в подготовке материалов для Вольтера. Изучая бытование произведений Вольтера в России, П. Р. Заборов пришел к выводу о том, что произведения Вольтера о Петре долго не могли пройти русской цензуры и вышли в России с большим опозданием[4]. Работы Л. Л. Альбиной, опирающиеся на материалы Вольтеровской библиотеки, раскрывают источники работ Вольтера о Петре I и источниковедческие приемы просветителя[5]. Большой интерес...
Входимость: 1. Размер: 39кб.
Часть текста: Гримма Александр Строев "Моя чернильница меня убьет": эпистолярные досуги Фридриха Мельхиора Гримма Опубликовано в журнале: «НЛО» 2004, №69 http://magazines.russ.ru/nlo/2004/69/str7.html Сочинитель должен выбирать, писать ему или жить. В европейской литературной традиции ХVІІ и ХVІІІ вв. ученый и философ предстает как человек холостой и больной [1]. Книги и научные приборы заменяют ему жену и детей; он проводит свои дни в уединении и спокойствии, вдали от общества. Страсть к учености подчиняет все прочие чувства или вовсе изгоняет их. В традиции “Новой Атлантиды” Фрэнсиса Бэкона (1621), европейская Республика словесности мыслится как братское сообщество холостяков, посвятивших себя наукам. Они поступают так же, как каббалисты, адепты тайного знания, которые должны отказаться от земной любви, дабы вступить в мистический союз с духами стихий [2]. В “Серьезных и комических увеселениях” Шарля Дюфрени (1699) ученая дама и поэт наперебой жалеют своих...
Входимость: 1. Размер: 39кб.
Часть текста: №69 http://magazines.russ.ru/nlo/2004/69/str7.html Сочинитель должен выбирать, писать ему или жить. В европейской литературной традиции ХVІІ и ХVІІІ вв. ученый и философ предстает как человек холостой и больной [1]. Книги и научные приборы заменяют ему жену и детей; он проводит свои дни в уединении и спокойствии, вдали от общества. Страсть к учености подчиняет все прочие чувства или вовсе изгоняет их. В традиции “Новой Атлантиды” Фрэнсиса Бэкона (1621), европейская Республика словесности мыслится как братское сообщество холостяков, посвятивших себя наукам. Они поступают так же, как каббалисты, адепты тайного знания, которые должны отказаться от земной любви, дабы вступить в мистический союз с духами стихий [2]. В “Серьезных и комических увеселениях” Шарля Дюфрени (1699) ученая дама и поэт наперебой жалеют своих друзей, которые, вступив в брак, полностью утратили вдохновение: Женатый гений — выхолощенный гений. Творения наши не безграничны: надо выбиратъ, оставить после себя детей или книги [3]. Напротив, страдания и физическая немощь, импотенция или даже кастрация могут рассматриваться как источник и необходимое условие для творчества; исследователи французской культуры ХVІІІІ в. пишут даже о своеобразном “комплексе Абеляра” [4]. Разумеется, французское Просвещение создает и совершено иной образ философа — человека одновременно дельного и светского. Новый философ пользуется всеми благами цивилизации и преуспевает в жизни, он богатеет и занимается благотворительностью, он может и хочет быть столпом общества. Но все же эти идеи, наиболее четко ...

© 2000- NIV