Приглашаем посетить сайт

История французской литературы. К.Ловернья-Ганьер, А.Попер, И.Сталлони, Ж.Ванье.
Маро (1496-1544)

Маро (1496-1544)

Клеман Маро родился в кагоре в 1496 г. В 1506 г. он сопровождает своего отца, поэта Жана Маро, в Париж. В 1514 г. Маро преподносит Франциску I поэму «Храм Купидона». В 1519 г. он поступает на службу к Маргарите, сестре короля, а в 1527 г. он уже камердинер короля. В 1532 г. Маро пишет «Клеманову юность». В том же году его заключают в тюрьму за то, что «ел сало в пост», и освобождают благодаря вмешательству сестры короля. В 1533 г. Маро выпускает сочинения Вийона, в 1534 г – «Продолжение Клемановой юности». После дела о пасквилях Маро бежит в Нерак к Маргарите Наваррской. В 1535 г. из-за подозрений в ереси уезжает в Феррару, резиденцию герцогини Рене Французской, и возвращается в Париж в 1536 г. В 1539 г. в Антверпене выходит «Ад» (в Лионе – в 1542), в 1541 г. – «Тридцать псалмов». В 1542 г. Маро бежит в Женеву, затем в Париж, затем в Пьемонт. В 1543 г. опубликованы «Пятьдесят псалмов». Умирает Маро в 1544 г. в Турине.

Поэт между двумя эпохами.

Маро – последний великий поэт, употреблявший известные в Средние века стихотворные формы, такие, как баллады, королевские песни, жалобы, рондо. Приобщенный отцом к «великой риторике» (поэтическое течение, основанное на использовании строгих форм, управляющих рифмами и словами), он сохранил любовь к редким звукосочетаниям и утонченным рифмам, например двусмысленной рифме, что не мешало ему писать самые индивидуальные стихи своей эпохи. Будучи человеком эпохи Возрождения, Маро славит Франциска I; он хорошо знает Петрарку, шесть стихотворений которого перевел; пишет элегии; одним из первых вводит сонет в обиход французской литературы, хотя и обращается с этой строгой поэтической формой довольно свободно.

В сущности Маро, как и его хороший знакомый Рабле, является наследником Средневековья и принадлежит к числу тех открытых умов, которые принимают все, что дает им эпоха. В результате появляются шедевры.

Поэзия и влечения.

Жизнь неоднократно ставила Маро в положение просителя: ему приходилось просить либо об отмене заключения или ссылки, либо о предоставлении субсидий. Адресованные королю или другим влиятельным особам, его стихи призваны были прославить того, кому они предназначались. Но дифирамбам и восхвалениям Маро чаще предпочитает остроту и даже некоторую фамильярность.

Так, обращаясь к королю, он рассказывает о том. Как ловко обокрал его слуга – «обжора, пьяница и отъявленный лгун, обманщик, разбойник, игрок, богохульник, от которого на сто шагов несет виселичной веревкой, но, впрочем, чудеснейший из смертных» («Послание к королю по случаю того, что автора обчистили»):

Из моих вещей он похитил

Все самое лучшее и разоделся в низ сам.

Средь бела дня он мог быть принят за своего хозяина.

Во время своего первого заключения он пишет Франциску I:

Вы понимаете в судах даже меньше меня.

Не жалейте об этом: это всего лишь волнение.

«Потеряв надежду вернуться во Францию», он улыбается все реже. Больше всего он говорит о печали изгнанника, лишенного страны, друзей, возможности бывать при дворе:

…сам не знаю, кто я,

Быть может, обломанная ветка.

Поэзия и события.

На службе у Франциска I Маро считает своим долгом славить великие события его правления: рождение дофина, встречу королей Франции и Англии летом 1520 г. в «золотом лагере», переговоры между этими двумя королями и Карлом V, возвращение во Францию двух сыновей Франциска, плененных в Мадриде после поражения французов в битве при Павии, смерть королевы-матери.

Выбор жанра баллады (три строфы, за которыми следует посылка), часто используемой поэтом, вводит эти восхваления в определенные рамки, к тому же Маро больше стремится выразить свои евангелические идеи о мире и всемогуществе Бога.

Маро волновали и другие события, менее важные в глазах истории. Такова казнь Жака де Санблансе, суперинтенданта финансов, обвиненного королем и его матерью в растрате. Поэт посвящает Санблансе элегию «О несчастном богаче Жаке де Бон, сеньоре де Санблансе», в которой повествование ведется от имени самого осужденного («Я был повешен на Монфоконе…»). «Несчастный богач» обращается к живым с размышлениями, вложенными в его уста Маро:

…И познайте на моем примере,

Что золото и серебро, источники всех радостей,-

Причина мук, превосходящих любую радость.

Поэзия и сатира.

Заключенный в Шатле, Маро пишет длинную аллегорическую сатиру под названием «Ад». Шатле, будучи одновременно судилищем и тюрьмой, предстает в виде мифологического ада с его ужасными Хароном, Цербером, Плутоном, Радамантом и другими чудовищами.

Здесь царят произвол, пытки, подкупы. Своим судьям Маро говорит: «Незнакомец следует за неправедными тенями, незнакомец следует за плутоническими душами»; он сам принадлежит другому миру, миру Муз и Аполлона. После допроса его препровождают «в нижнюю коллегию несчастий», где он остается «раздосадованный тоской, утешаемый надеждой».

Написанная после освобождения поэма заканчивается примирительными словами. Но сатира не становится от этого менее язвительной.

Поэзия и любовь.

В одной из песен Маро заявляет:

Пока я пребываю в цвете лет,

Служить буду Амуру, всесильному богу,

Поступками, словами, песнями и согласием.

Своей уходящей юности он пишет:

Амур, ты был моим господином.
Ах! Если б я мог дважды родиться,

Насколько лучше б я тебе служил.

Ему не чужда изысканность в духе Петрарки:

Анна, играя, бросила в меня снежок,

Я думал, он холодный,

Но это был огонь…

…Анна, только грация твоя

Способна потушить охвативший меня огонь,

Но не вода, не снег, не лед,

Почувствуй лишь огонь, подобный моему.

Он воспевает «любовь античного века»:

В добрые старые времена правил Амур,

Который обходился без великого искусства и даров

Теперь потеряно все, что приказывал Амур,

Остались только притворные слезы,

И разговоры лишь о деньгах.

Простыми словами Маро в совершенстве передает глубокие любовные чувства:

Такая любовь к вам во мне,

Что я более не являюсь собой, настолько счастлив.

Все ночи я думаю лишь о той,

Чье тело нежнее, чем у девственницы.

Поэзия и религия.

Самым длинным произведением Маро является перевод на французский псалмов Давида. Вполне вероятно, что на эту затею его вдохновила Маргарита Наваррская, поскольку первый переведенный Маро псалом был опубликован в одном из сочинений королевы в 1533 г. Маро никогда не принадлежал к реформистской церкви, он чувствовал себя очень неуютно в Женеве во времена Кальвина, но всегда исповедовал глубокую веру, основанную на Евангелии. Нет никаких сомнений, что он перевел бы Псалтирь полностью, если бы ему хватило времени; эту задачу решил Теодор де Без, друг Кальвина. Положенные на музыку и исполняемые хором, эти тексты неоднократно переиздавались.

© 2000- NIV