Приглашаем посетить сайт

Соколов В.Д. Факты мировой литературы в выписках и извлечениях. XIX век. Русская литература

Факты мировой литературы в выписках и извлечениях.

XIX век. Русская литература

При всех снимаемым Аненнским квартирах был сад, которым он озабачивался

"... Я видела его в начале сороковых годов в доме М. Я. Языкова. Он и тогда не отличался веселым выражением лица. Его большие серые глаза сурово смотрели на всех, и он всегда молчал. Он всегда садился не в той комнате, где сидели все гости, а помещался в другой, против дверей, и оттуда внимательно слушал разговоры" (Из воспоминаний о молодом Салтыкове-Щедрине)

"Екатерина Павловна, жена Писемского, представляет собою настоящий тип "литературной жены", жившей всеми литературными тревогами и треволнениями мужа, близко принимавшей к сердцу все перипетии его творчества, лелеявшей его талант и что было в ее возможности делавшей для того, чтобы талант этот был поставлен в наиболее выгодные для своего развития условия. Ко всему этому присоединялась бесконечная снисходительность, которой нужно было иметь очень большой запас, чтобы выносить "порывы" покойного Алексея Феофилактовича, не всегда безукоризненно семейного характера..." (Венгеров)

"По выходе из училища началась холостая, цыганская и полная лишений жизнь Федора Михайловича. Нельзя сказать, чтобы он не был обеспечен. Вместе с казенным жалованьем и высылками опекуна он получал до 5 тысяч рублей в год... Но он был крайне непрактичен, деньги уходили у него сквозь пальцы с неимоверной быстротой". Для чего-то он держал квартиру, за которую платил 100 рублей в месяц. Отказывать себе в чем бы то ни было он не желал. Просто-напросто он транжирил деньги; все его расходы были расходами капризного, прихотливого человека

1845 Дом Островского стоял среди пустыря, по соседству со знаменитыми в старину серебряными торговыми банями. Местность была до такой степени уединенна, а нравы - просты и откровенны, что из окон жилища Островского можно было видеть самые смелые бытовые картины: из бани выскакивали люди, только что запарившиеся до одурения, и принимались валяться в снегу. Против дома находилась полицейская будка с беззубым полицейским стражем, обладателем неуклюжей допотопной алебарды, большим приятелем окрестных обывателей и великим любителем веселой компании и крепкого безмятежного сна

1860. Те, которые познакомились в это время с Никитиным, ожидая найти в нем простого мещанина в чуйке, подстриженного в кружок, были очень разочарованы: и по платью, и по наружности он выглядел образованным человеком, литератором

Автор "Обломова" жил много лет в своей квартире (Моховая ул., д. c 3). Он редко кого принимал у себя и неохотно пускал в свой кабинет. Кабинет этот отличался очень скромным убранством

Батюшков подарил С. Глинке (1775--1847) в Н. Новгороде запас белья

Белинский не любил бесед со случайными попутчиками и знакомыми

Белинский полюбил Некрасова за тот смелый, практический взгляд не по летам, который он вынес из своей труженической и страдальческой жизни и которому Белинский всегда мучительно завидовал

Белинского друзья отправили из Парижа домой в сопровождении немца, ибо по неопытности и отсутствию практической сметки Белинского нельзя было за границей оставлять одного

Благодаря стараниям Лобачевского в 1834 году как в гимназиях, так и в университете были введены гимнастика и преподавание искусств

В 1857 году русофил Шевырев поспорил на заседании с аногламаном Боборыкиным; дело дошло до рукоприкладства. Шевыреву пришлось подать прошение об отставке и выехать в Ярославль

В 48 году, Булгарин печатал о Жорж Санд в "Северной пчеле", что она ежедневно пьянствует с Пьером Леру у заставы и участвует в Афинских вечерах, в министерстве внутренних дел у разбойника министра внутренних дел Ледрю-Роллена

В детстве Писарева звали "хрустальной коробочкой". Он не умел скрывать ничего, что было у него на душе, не умел утаивать ни мысли, ни чувства. Таким остался он на всю жизнь, таким является он нам в своих статьях

В доме Круковских Малевич держал себя как человек совсем маленький, старался всем угодить или по крайней мере никому не делал неприятного. Это был неизменный партнер генерала (отца С. Ковалевской) в карточной игре, молчаливый, почтительный обожатель генеральши. Он избегал столкновений с "характерной" англичанкой и не принимал участия в спорах. Уступчивый в мелочах жизни, Малевич беспрепятственно мог делать дело в то время, как другие спорили о словах. И когда дело касалось прямых интересов его питомцев, этот смирный человек был и храбр, и настойчив. Например, считая вредным продолжать домашнее образование своего ученика, сына Корвин-Круковского, он советовал поместить его непременно в одну из петербургских гимназий. Добросовестный, прямодушный совет с указанием на несостоятельность домашнего воспитания мальчика не понравился отцу с матерью; однако вскоре родители последовали ему. Таково было влияние Малевича в доме Корвин-Круковских, где он держал себя тише воды, ниже травы

В конце жизни Батюшков исцелился и следил по карте за Крымской компанией

В Кульдже Пржевальский получил письмо от матери, в котором она, поздравляя его с производством в полковники, выражала надежду, что по возвращении из экспедиции он станет генералом. "А генералам всем надобно сидеть дома,- прибавляла она. - Вероятно, это твоя последняя экспедиция... Не мучь ты себя, а вместе с собой и меня. Чего тебе недостает? А то воспоминание о тебе, лишения твои почти всех удобств жизни измучили меня, и я, право, состарилась за это время на десять лет,- а ведь я не увижу тебя еще два года"

В первое время юная Ковалевская сильно краснела, когда ей приходилось называть своим мужем совершенно, в сущности, постороннего ей человека; но вскоре она привязалась к своему "освободителю", и в Петербурге они были неразлучны: их всюду встречали вместе - в театрах и на лекциях Сеченова

В письмах И. Аксакова упоминается m-me Petit-pierre. Издательский комментарий: "лицо неустановленное"

В сентябре 1843 года Островский зачислен канцелярским служителем в Московский совестный суд. Учрежденный при Екатерине II, этот суд ведал гражданские дела, причем тяжущиеся по этим делам могли согласиться разрешить свой спор мировым соглашением по совести. Уголовные дела, подлежавшие совестному суду, возникали по жалобам родителей на детей, касались преступлений, совершенных малолетними и глухонемыми или вызванных особенно неблагоприятными обстоятельствами. Наконец, вообще все гражданские споры между родителями и детьми обязательно разбирались в совестном суде

В Учительском институте в это время были постоянные недоразумения между студентами и директором И. И. Давыдовым; студенты делились на две партии: партию приверженцев Давыдова, заискивавших перед ним, и партию оппозиционную. Добролюбов принадлежал к последней, принимал горячее участие во всех дрязгах, но вскоре убедился в их тщете и в то же время разочаровался во многих товарищах

В Чембаре разыгралось нечто вроде "Горя от ума" в миниатюре: Григорий Никифорович Белинский был обвинен в безбожии и "вольтерьянстве" и должен был порвать с уездным обществом все связи, кроме официальных. Его жена - мать нашего критика - насколько можно судить по слишком скудным данным, сохранившимся о ней, наоборот, была во всех отношениях как раз под стать местному обществу, и Григорий Никифорович, лишенный поддержки и с этой стороны, прибег к исторически освященному и всероссийским опытом оправданному источнику утешения: он запил

В январе 1810 года Лобачевский оказался самого худого поведения; несмотря на приказание начальства не отлучаться из университета, он в Новый год, а потом еще раз ходил в маскарад и в гости - за что опять был наказан: имя его было записано на черной доске, выставленной на неделю в студенческих комнатах. Проступки Лобачевского считали достопримечательными, характер - упрямым, нераскаянным; его назвали "много думающим о себе"

Вернувшись однажды поздно вечером от товарища совсем больным, Некрасов не был впущен хозяином в свою каморку. Между тем на дворе стояла холодная ноябрьская ночь... Будущему знаменитому писателю пришлось бы замерзнуть под забором, если бы над ним не сжалился проходивший мимо нищий, который отвел его в какую-то ночлежку на окраине города. Там же Некрасов отыскал себе и заработок, за 15 копеек написав кому-то из товарищей по злоключениям прошение

Весной 1833 года Пушкин переехал на дачу, на Черную речку, и отправлялся каждый день в архив, туда и обратно пешком; когда же чувствовал утомление, шел купаться, и этого средства было достаточно, чтобы снова возвратить ему бодрость и силы

Визиты, приглашения, обеды надоедали ему донельзя. "Это хуже самого трудного путешествия, - говорил Пржевальский после успешного завершения экспедиции на Тибет. - Обеды и визиты до того меня доняли, что и жизнь становится не мила". "Вам, родимый мой,- писала одна из просительниц,- все власти нашего города ныне бьют челом; кум мне сказывал, что вас повесили в думе, что вы в почете в нашем городе, что вам все сделают. Так ради Бога отыщите мою собачку, кличка ее Мурло, маленькая, хорошенькая, с бельмом на глазу; крыс и мышат ловит. И буду я, вдова безутешная, весь длинный век за вас Бога молить. Живу я на Петербургской, Зелениной, N 52 дома, у сторожа гвардейского, что под турку ранен, Архипом прозывается"

Вскоре после убийства герцога Беррийского, Пушкин в театре вынимал из кармана портрет Лувеля и показывал его своим соседям

Всю выручку от продажи книжного магазина Никитин по завещанию предоставил бедным родственникам

Где бы он ни находился, И. Аксаков дважды в неделю писал родным

Герцен из близкого знакомства со столичной буржуазией вынес впечатление самое отвратительное и удушливое. Он поражен ее развратом, ее мелочностью

Главным переписчиком сочинений Писемского, совершенно неудобочитаемых, была его жена

Гоголь вел самый умеренный, простой образ жизни, нанимал недорогие квартиры, не позволял себе никаких излишеств ни в пище, ни в одежде; на одно только приходилось ему тратить много - на путешествия

Для людей, подобных Белинскому, находящихся в состоянии постоянного возбуждения, радостного или горестного волнения даже по поводу ничтожнейших мелочей, - мир и покой тихой семейной жизни был бы самой лучшей обстановкой в смысле, если так можно выразиться, нравственной гигиены. Белинскому была нужна не Далила, а Пенелопа, и притом такая, которая, кроме хозяйственных талантов и "волооких" очей, имела бы хоть смутное понятие о значении своего Улисса и судила бы о нем не по-камердинерски

Дружба Ковалевской с Леффлер-Эдгрен все росла и росла, но эта пылкая дружба, требовавшая полного слияния душ, стесняла свободу шведской писательницы настолько, что послужила одной из причин, заставивших ее предпринять путешествие по Италии. Ковалевская, конечно, поняла это и почувствовала еще глубже свое одиночество

Живя в Николаевске-на-Амуре, Пржевальский получил приглашение давать уроки приемной дочери одного из своих сослуживцев, но отказался и удовольствовался тем, что подарил ей свой курс географии с грубой надписью: "Долби, пока не выдолбишь"

Закончив домашнее обучение в 1810 году, в 15 лет, Грибоедов был помещен в Московский университет на этико-политический факультет для приобретения кандидатского диплома в видах более успешной служебной карьеры. А чтобы оградить юношу от дурного общества товарищей, не принадлежавших к избранному кругу, Грибоедов был определен вольнослушателем и ходил в университет не иначе, как с гувернером

Застенчивый, неловкий, неуклюжий семинарист, каким он оставался до самой своей смерти, Добролюбов не имел успеха среди женщин, и это его глубоко огорчало

Зиму 1829 Гоголь провел вместе с Данилевским в Париже; он просиживал большую часть вечеров в уютной гостиной Александры Осиповны Смирновой. Смирнова, урожденная Россети, бывшая фрейлина императриц Марии Федоровны и Александры Федоровны, блистала в светских кругах красотой и умом. Через Плетнева, бывшего ее учителем в Екатерининском институте, и Жуковского она познакомилась со всеми выдающимися писателями того времени, и "все мы были более или менее ее военнопленными",- говорит князь Вяземский. Пушкин и Лермонтов посвящали ей стихотворения, Хомяков, Самарин, Иван Аксаков увлекались ею, Жуковский называл ее "небесным дьяволенком". Гоголь познакомился с ней еще в 1829 году, давая уроки в одном аристократическом семействе. Она обратила внимание на скромного, застенчивого учителя ради его хохлацкого происхождения. Сама она родилась в Малороссии, провела там первое детство и любила все малороссийское

Зиму 1843 года Смирнова провела в Риме, где жил и Гоголь. Он открывал перед ней все чудеса искусства вечного города, он заставлял ее любоваться древними развалинами и новыми произведениями живописи и скульптуры, с ней он снова обошел все свои любимые церкви и каждую прогулку по Риму кончал непременно собором Св. Петра, на который, по его мнению, нельзя было довольно наглядеться

Из новых товарищей наиболее сошелся он с Вонлярлярским, впоследствии известным романистом. Тщательно скрывая от товарищей-кадетов свои умственные интересы, мало их занимавшие, Лермонтов со всеми был одинаково хорош, выказывал себя веселым и хотя не принадлежал к числу отъявленных шалунов, но любил иногда пошкольничать. Единственное, что подчас вооружало против него юнкеров, это его злой язык, страсть преследовать людей остротами и колкими шутками за все, что ему не нравилось в других. Сам Лермонтов ничуть не обижался, когда на его остроты ему отвечали тем же, и от души смеялся ловкому слову, направленному против него. Так, он не только не оскорблялся данным ему прозвищем Маешка, взятым из французского романа, где фигурирует косолапый горбун Mayex, но в одной поэме выставил самого себя под этим именем, не щадя юмористических красок

Когда Лермонтов вступил в отроческий возраст, были набраны однолетки из дворовых мальчиков, обмундированы в военное платье, и Миша занимался с ними военными экзерцициями, играми в войну и разбойников

Малейшее нездоровье Миши Лермонтова приводило его баушку в крайнюю тревогу и было таким событием в доме, что даже дворовые девушки освобождались от работы и должны были молиться об исцелении молодого барина

Н. Радищев (1777--1829), сын Радищева, жил в деревне, трудился вместе со своими поселянами

Начальник Псковского края, маркиз Паулуччи, поручил уездному опочецкому предводителю дворянства, Пещурову, пригласить отца Пушкина принять на себя надзор за поступками сына, обещая, в случае его согласия, воздержаться со своей стороны от назначения всяких других за ним наблюдателей

Некоторые из коллег Пржевальского были недовольны им и жаловались начальству, что он отбивает у них учеников

Однажды, еще студентом, Лобачевский сделал ракету и вместе с другими пустил ее в одиннадцать часов вечера на университетском дворе. За это и за то, "что учинил непризнание, упорствуя в нем, подверг наказанию многих совершенно сему непричастных", - был посажен в карцер по распоряжению совета

Осталось предание в Пскове, что Пушкин являлся на базар и в частные дома, к изумлению обывателей, в мужицком костюме. Делал ли он это ради изучения народности, или это было такое же шутовство, которое побудило его в Кишиневе носить восточные костюмы, неизвестно

Отеческие внушения графа Бенкендорфа преследовали поэта не только за каждый мало-мальски неосторожный шаг, но без всякого повода, в зачет, так сказать, будущего. Так, например, в начале 1827 года он обратился с просьбою о разрешении приезда в Петербург по семейным обстоятельствам, и хотя разрешение было ему дано, но граф Бенкендорф не преминул при этом внушить поэту: "Его Величество не сомневается в том, что данное русским дворянином государю своему честное слово вести себя благородно и пристойно будет в полном смысле сдержано"

Первую зиму в Стокгольме Ковалевская, назначенная профессором, прожила по-студенчески - в пансионе - и не намеревалась обзаводиться своим хозяйством и на следующий год

Писемский и на освобождение крестьян смотрел скептически, утверждая, по словам Анненкова, публично в 1861 году, что "новое выработанное положение о крестьянах предстанет перед нами не в виде нравственного дела по преимуществу, а в виде фискального решения первой инстанции суда по давней имущественной тяжбе их с помещиками. Тягаться можно будет и после того, в других инстанциях"

Писемский купил небольшой клочок земли, под собственным наблюдением обстроил его чистыми наемными помещениями и, замечательно использовав пространство своих владений, построил для себя на дворе особый флигель с садиком, отделав его для спокойной трудовой жизни очень тщательно

По словам Анненкова, "эта примерная женщина умела успокоить болезненную мнительность своего мужу Писемского и освободила его не только от забот по хозяйству и воспитанию детей, но, что важнее, освободила его и от своего вмешательства в его личную, интимную жизнь, тоже исполненную капризов и порывов; она же и переписала на своем веку по крайней мере две трети всех его сочинений с черновых оригиналов, представлявших всегда страшно запачканную макулатуру из кривых строчек, крупных каракуль и чернильных пятен"

По словам Кострова, Добролюбов был самым набожным человеком в Нижнем, считал за грех напиться чаю в праздничный день до обедни, после исповеди до причастия даже воды не пил, всегда молился усердно и с глубоким чувством. Во время говенья в марте 1853 года он вел весьма любопытный дневник своих прегрешений под заглавием "Психоториум", т. е. углубление в душу

После смерти мужа Ковалевская высказала то, что перечувствовала в то время, в своей драме "Борьба за счастье", написанной совместно со шведской писательницею Леффлер. В этом сочинении она, между прочим, изобразила мужа с женой, которые не имеют ни малейшего влечения друг к другу, но употребляют все усилия полюбить друг друга, и дело оканчивается тем, что в трудные минуты жизни жена не понимает мужа и оказывается бессильной его поддержать

Профессор Казанского университета Лобачевский научился сдерживаться, и теперь он пользовался своей сдержанностью - молчал и молчал

Пушкин был, между прочим, неутомимый ходок пешком и много ездил верхом, но во всех его прогулках поэзия неразлучно сопутствовала ему. Сам он рассказывал, что, бродя над озером, тешился тем, что пугал диких уток сладкозвучными строфами своими

Рассказывают еще о следующей подробности свидания Пушкина с императором Николаем: поэт и здесь осталя поэтом. Ободренный снисходительностью государя, он делался более и более свободен в разговоре; наконец дошел до того, что, незаметно для себя самого, притулился к столу, который был позади него, и почти сел на этот стол. Государь быстро отвернулся от Пушкина и потом говорил: "С поэтом нельзя быть милостивым"

Самое исполнение придворных этикетов в камер-юнкерском мундире крайне тяготило Пушкина своею формальностью. "Третьего дня,- писал он своей жене,- возвратился я из Царского в 5 часов вечера, нашел на своем столе два билета на бал 29 апреля и приглашение явиться на другой день к Литте; я догадался, что он собирается мыть мне голову за то, что я не был у обедни. В самом деле, в тот же вечер узнаю от забежавшего ко мне Жуковского, что государь был недоволен отсутствием многих камергеров и камер-юнкеров и что он велел им это объявить"

Старинная русская мебель обращала внимание шведов своей оригинальностью: она отличалась роскошеством барской обстановки, но была отчасти поломана, и ее дорогая шелковая пунцовая обивка местами порвана. Ковалевская не обращала на это внимания; она занималась убранством своей квартиры, как и своим туалетом, только по временам, когда особенно весело была настроена

Судебные "закорючки", вызвавшие в 1840 году последнюю поездку Кольцова в столицы, вероятно, немало досаждали знатным покровителям поэта, как это, например, он сам полагает про Жуковского. Надо, однако, правду сказать, письма Кольцова к этим лицам составлены замечательно тактично и умно: в них так переплетаются интересы чисто литературные с предметом просьбы, так прекрасно, хотя и преувеличенно, рассказывается о тяжелых обстоятельствах поэта и его семьи; в них, наконец, сквозит порою так задушевно и сердечно выраженная лесть, что нужно быть очень грубым и жестким человеком, чтобы отказать в просьбах. Но на такое жестокосердие были не способны благодушные корреспонденты мещанина Кольцова, искренно желавшие помочь поэту, которому, как писал он, "хотелось сбросить эту грязь, потому что жить так, как живется теперь, нет уж силы"

Так, например, вот что говорит между прочим в своих воспоминаниях Д. В. Давыдов: "Находясь с ним долго в весьма близких отношениях, я, более чем кто-нибудь, был глубоко огорчен его действиями в течение 1826 и 1827 годов. Грибоедов, терзаемый под конец своей жизни бесом честолюбия, затушил в сердце своем чувство признательности к лицам, не могшим быть ему более полезными, но зато он не пренебрег никакими средствами для приобретения полного благоволения особ, кои получили возможность доставить ему средства к удовлетворению его честолюбия"

Терновский, претерпевший множество гонений, смерть встречал стоически: "Одно печально в моей смерти, что Победоносцев может подумать, что он убил человека"

Тургенев не утруждался в МВД по началом Даля, ибо не привык к дотошному исполнению обязанностей

Тургенев часто высказывал Белинскому жесткие истины за неумение пользоваться житейскими истинами

"[В России] только и могут удачно составляться и работать союзы между нелепыми пророками и нелепыми последователями" (Маркс)

"Библиотека для чтения" получила "внушение" начальства преследовать "Ревизор", как не соответствующий русскому духу

"В Одессе есть много людей, - пишет граф Воронцов,- а с эпохой морских купаний число их еще увеличится,- которые, будучи восторженными поклонниками поэзии Пушкина, стараются показать дружеское участие непомерным восхвалением его и оказывают ему через то вражескую услугу, ибо способствуют к затмению его головы и признанию себя отличным писателем, между тем как он, в сущности, только слабый подражатель не совсем почтенного образца - лорда Байрона - и единственно трудом и долгим изучением истинно великих классических поэтов мог бы оплодотворить свои счастливые способности, в которых ему невозможно отказать... Вот почему необходимо извлечь его из Одессы"

"О какой дворянской семье ни спросишь в то время, о всякой услышишь одно и то же: родители поссорились с детьми. И не из-за каких-нибудь вещественных, материальных причин возникали ссоры, а единственно из-за вопросов чисто теоретического, абстрактного характера. "Не сошлись убеждениями!" - вот только и всего; но этого "только" вполне достаточно, чтобы заставить детей побросать родителей, а родителей - отречься от детей" (С. Ковалевская о 60-х гг)

1830 Известный московский профессор Михаил Григорьевич Павлов предполагал собрать лучшие из опытов воспитанников и издать в виде альманаха

1840, Россия Лекции в семинарии обыкновенно читались профессорами (как тогда называли преподавателей семинарии) по старым, давно составленным тетрадкам, написанным темным и витиеватым языком. Некоторые профессора, чтобы не трудиться над составлением записок, не мудрствуя лукаво, читали по старым академическим тетрадкам, по которым учились сами

1840. Книг в России выходило в те времена сравнительно немного, и круг вопросов, которых журналы имели право касаться, был до чрезвычайности узок; почти о каждой напечатанной книжке, как бы ничтожно ни было ее значение, непременно появлялись поэтому более или менее пространные рецензии

1850 "Все, что было в Воронеже мыслящего, Второв сумел собрать вокруг себя, сумел воодушевить и подвинуть на работу"

1850, Воронеж. Непрактичный, как и все идеалисты, до конца жизни не сумевший устроить свои дела, живший в кругу отвлеченностей, Придорогин всегда чем-нибудь увлекался, волновался, протестовал (за один из своих протестов против произвола местной администрации ему, между прочим, пришлось поплатиться арестом на гауптвахте)

1850. Воспитанник Казанского университета, Второв начал свое служебное поприще в Казани при канцелярии военного губернатора, а затем - библиотекарем университета; в то же время он редактировал местные "Губернские ведомости" и усердно занимался археологией и этнографией края

1860 "Русское слово" издавалось тогда Кушелевым. Кушелев был граф, миллионер и чистокровный аристократ. Зачем, собственно, понадобилось ему иметь свой орган - неизвестно, разве что время было такое и к печатному слову даже титулованные особы чувствовали некоторое пристрастие. Впрочем, сам Кушелев почти ничего не писал и в дела редакции вмешивался так же мало, как в управление собственными многочисленными поместьями. Познакомившись в Париже с Благосветловым, он попросил его взять на себя руководство журналом, на что Благосветлов и согласился. Мало-помалу все дела сосредоточились в его руках, а Кушелев в конце концов подарил ему "Русское слово" в вечное и потомственное владение

1860 Великий князь Константин Николаевич расширил содержание журнала "Морской сборник" и допустил статьи по самым жгучим современным общественным вопросам, - о гласном судопроизводстве, об отмене телесных наказаний

1860, Рязанская губерния. "Безграмотность была до того велика, например, что одного бывшего семинариста, горчайшего пьяницу, держали, несмотря ни на что, в канцелярии только за то, что он в трезвом виде умел кое-как справляться с буквою е и знаками препинания". Им дорожили и "берегли его для особо важных бумаг"

27 октября 1868 года по почину купца Кривошеина, который стал и первым жертвователем на дело увековечения памяти Кольцова, был открыт в Воронеже памятник поэту-прасолу

А. М. Пушкин (1769--1825), дальний родственник поэта, первый хват на Москве, дослужился до генерал-майора; поэт, вольтерьянец и атеист

А. Я. Филиппов умер от холеры в 1830 году, во время свирепствовавшей в Петербурге страшной эпидемии. В конце 1848 года непосредственно из пансиона барон Корф поступил в лицей. Конкуренция была большая. От поступающих требовались знания в объеме первых четырех классов гимназии, с добавлением притом французского, немецкого и английского языков. Но у Филиппова учили так прочно, что юный барон Корф "не только не тревожился перспективою наступления экзаменов, но в течение нескольких недель, ему предшествовавших, и книги не раскрывал"

Александр II отменил многие формальности для получения заграничного паспорта

Археографическая экспедиция (1829--1834) обследовала губернские архивы и монастырские библиотеки на предмет обнаружения и сбора древних рукописей

Б. Голицин (1769--1813) написал "Нравственные правила гр. де-ла-Рошфуко" (1809), умер от ран, полученных при Бородино

Булич в своей "Истории Казанского университета" говорит: "Почему-то студенты, записавшиеся слушать математические лекции, неохотно ходили слушать молодого профессора Лобачевского и предпочитали ему Никольского. Думаем, оттого, что первый относился гораздо серьезнее к своему делу и был строже второго. Между прочим, студенты жаловались на Лобачевского за то, что он читает "не об употреблении логарифмов, а о происхождении их", и оттого они его не понимают"

В "Арзамасе" был обычай при вступлении в члены общества вместо панегирика докладывать отходную соперникам

В 1809 году по Высочайшему повелению при Казанском университете учрежден был экзаменационный комитет для чиновников при производстве в восьмиклассный чин и открыты публичные летние курсы для того, чтобы чиновники, не имевшие возможности приготовляться дома, могли бесплатно слушать курс тех наук, из которых они должны были экзаменоваться. Замечательно, что первыми явившимися на экзамен в Казанский комитет были будущие попечители - Мусин-Пушкин и Молоствов

В 1834 году вышла из Московского Екатерининского института старшая сестра Михаила Евграфовича Салтыкова, Надежда Евграфовна, и дальнейшее обучение его было вверено ей и ее товарке по институту Авдотье Петровне Василевской, поступившей в дом в качестве гувернантки. Им помогали священник села Заозерья, о. Иван Васильевич, обучавший Салтыкова латинскому языку по грамматике Кошанского, и студент Троицкой духовной академии Матвей Петрович Салмин, которого приглашали два года кряду на летние вакации. Занимался Салтыков усердно и настолько хорошо, что в августе 1836 года был принят в третий класс шестиклассного в то время Московского дворянского института

В 1836 году правительство России запретило издание новых литературных журналов

В 1847 году, ездили на почтовых. Дорожные впечатления, особенно зимой, постоянное визирование паспортов, ожидания на глухих станциях - все это быстро утомляло и приедалось

В 1856 году, морское министерство обратилось к нескольким пользовавшимся известностью литераторам с предложением отправиться за казенный счет на различные российские побережья, чтобы исследовать быт приморских краев в этнографическом и торговом отношениях

В 1866 году, когда, после выстрела Каракозова, над всей русской литературой нависла грозная туча. Людям нашего поколения трудно и представить себе ту мрачную пелену панического страха, которая, по единогласному свидетельству современников, окутала в те дни даже неробкие сердца и недюжинные умы; "sauve qui peut" [спасайся, кто может (фр.).] - было общим криком. В этот-то момент всеобщей растерянности и заботы о спасении дрогнул и Некрасов, - и рука его "исторгла у лиры неверный звук": на публичном обеде, который петербургское дворянство давало тогдашнему властителю судеб русского общества - графу Муравьеву-"вешателю", Некрасов прочел свои приноровленные к этому торжественному случаю стихи. Рассказывали, будто, выслушав их, Муравьев от чтеца отвернулся

В 1868 году приехала в Петербург первая женщина-врач Суслова; о ней кричали, ею гордились

В 1881 году в Москве открывали памятник великому поэту. Торжество собрало известнейших деятелей современной русской науки и литературы. В течение двух дней Обществом любителей российской словесности устраивались заседания и произносились речи в честь родоначальника русской национальной поэзии

В Воронеже Второв и К. О. Александров-Дольник ревностно принялись за изучение этнографии, истории и археологии края, занимались собиранием древних грамот, в результате чего получилось солидное издание "Воронежских актов" XVI и XVII столетий

В конце сороковых и начале пятидесятых годов, произошло, как известно, в Москве разделение славянофилов на две ветви. Между тем как старые славянофилы: Аксаковы, Киреевские, Хомяков, Самарин и пр. - сгруппировались вокруг "Московского сборника", а впоследствии вокруг "Русской беседы", "Москвитянин" Погодина сделался органом новой группы молодых славянофилов, впоследствии получивших название почвенников

В конце января 1803 года был назначен попечитель "учреждаемого" в Харькове университета. Это был граф Потоцкий, личность в высшей степени почтенная. В это время Каразин уже приискал несколько профессоров. Пора было приступать к фактическому устройству университета

В кружке Станкевича человек, не знакомый с Гегелем, почитался несуществующим человеком

В мае 1867 г в Москве состоялся славянский съезд и открылась Всероссийская этнографическая выставка. Кружок устроил в честь славянских гостей литературно-музыкальный вечер. Островский говорил приветствие, как первенствующий московский литератор

В марте 1803 года Демидов обратился к министру народного просвещения графу Завадовскому с предложением пожертвовать необходимые средства для основания в Ярославле высшего учебного заведения (Демидовский лицей); при этом он указал, что желание сделать это пожертвование было вызвано чтением только что вышедшего тогда плана общего образования в России ("Предварительные правила народного просвещения", составленные Каразиным). За Демидовым и под влиянием его примера так же поступил Безбородко, на пожертвование которого возник Нежинский лицей. Далее следует пожертвование Румянцевым музея с домом "на благое просвещение" (теперешний Румянцевский музей в Москве), пожертвования Голицына, Дашковой и других

В Москве в конце сороковых годов и начале пятидесятых XIX века слово профессора обладало большим литературным авторитетом и практическим значением. Оно могло открыть или преградить начинающему драматургу путь к страницам единственного московского журнала - "Москвитянина"

В Москве возникло Собрание драматических писателей. Островский был его вдохновителем и председателем с 21 октября 1874 года до самой смерти. Но на первых порах больших результатов не получилось: антрепренеры упорно не желали платить авторам за представления пьес, возникло множество процессов, и все благие цели собрания, вероятно, долго не осуществились бы, если б на помощь не пришла судебная власть и правительство. Суды стали карать антрепренеров за самовольную постановку пьес; антрепренеры начали входить в личные сделки с авторами, но размер платы зависел от случайностей, от ловкости той и другой стороны. Дело окончательно укрепилось, когда Собрание драматических писателей было признано законом и превратилось в официальное учреждение, называемое Обществом русских драматических писателей и оперных композиторов

В Москве, где комедии Островского пользовались неизменно шумным успехом, репертуаром заведовал Верстовский. Он кратко и сильно выражал свое отношение к новым пьесам: "Сцена провоняла от полушубков Островского"

В начале 1850-х гг Солдатенков издал ПСС Белинского

В начале 1860-х во всех журналах, по примеру "Свистка" и "Современника", вошло в моду помещать в конце книжек сатирические фельетоны, с одной стороны, ради оживления журнала, а с другой - в полемических целях

В начале 1880 года был съезд естествоиспытателей, на котором она присутствовала по настоянию Чебышева, всегда принимавшего горячее участие в ее судьбе; по его же настоянию она решилась прочитать на съезде одну из своих залежавшихся работ. Долго пришлось ей искать заветный ящик, где хранились ее математические рукописи и книги. Нужно сказать правду, что, прежде чем добраться до них, много надо было снять пыли. На чердаке они успели отсыреть, но мысли, в них заключавшиеся, отличались новизной и свежестью и никем еще не были высказаны. С чувством радости и гордости Ковалевская за одну ночь перевела свою статью об Абелевских функциях на русский язык

В половине мая 1817 года начались в лицее выпускные экзамены и тянулись 15 дней при многочисленной публике. Посетителям предоставлено было задавать лицеистам вопросы, что дало повод к занимательным ответам и прениям

В течение 25 лет Василий Пушкин непрестанно вращался в литературных кружках и умер с книжкою Беранже в руках

Вглядываясь пристальнее в умственное движение 60-х годов XIX, мы видим, что его общий характер был по преимуществу протестующий. Протест естественно направлялся против тех основ или, вернее, тормозов, которые делали неподвижным строй прежнего времени. Основами этими были патриархальность семьи и общественного режима

Великий князь Константин желал знать подробно внутреннее состояние России, и для изучения его были призваны не чиновники, а лучшие современные писатели и знатоки народного быта: Писемский, Гончаров, Григорович, Потехин, Афанасьев-Чужбинский, Максимов

Влияние литературы в Царскосельском лицее времен Салтыкова-Щедрина тогда очень сильно в лицее: воспоминание о недавно погибшем Пушкине как будто обязывало нести его знамя и на каждом курсе предполагался его продолжатель. Такими продолжателями считались В. Р. Зотов, Н. П. Семенов (сенатор), Л. А. Мей, В. П. Гаевский и другие, в том числе и Салтыков

Гениальный врач и знаменитый педагог Пирогов поместил здесь свои статьи "Вопросы жизни", восстававшие против жестокости и бездушия старых педагогов и учителей. Газеты только и жили перепечатками из "Морского журнала"

Гербель (1827--1883) издал в России Шиллера (1857--1861)

Гербель в 1875 издал "Английские переводы в биографиях и образцах"

Гр. Растопчина сказала в момент появления "Записок охотника": "Voila un livre incendiare"

Гремевшая в тридцатых годах и имевшая до семи тысяч подписчиков "Библиотека для чтения" Сенковского сеяла в умах читателей легкомысленное, "веселое" отношение решительно ко всем явлениям литературы и жизни

Дело о Харьковском университете пошло "по начальству". Муравьев представил переданные ему Каразиным бумаги министру народного просвещения Завадовскому, а этот последний - министру внутренних дел Кочубею. Начались всевозможные запросы и справки. Канцелярии вступили в дело и показали себя обычными мастерами по части затягивания решения вопроса. Каразин хлопотал, бегал ко всем лицам, от которых зависело подвинуть дело, настаивал, - но дело не двигалось

Для основания университета нужны были средства, и средства немалые. Каразин решил найти их на той самой Украине, для просвещения которой устраивался университет. С этою целью он отправился в Харьков и стал здесь пропагандировать свою идею среди слободско-украинского дворянства. Надо заметить, что уже и тогда местное общество относилось к нему с большим уважением, которое впоследствии только упрочилось и выражалось в говорящих за себя фактах. В мае 1801 года дворянство Слободской Украины выбрало его своим депутатом для исходатайствования у верховной власти сохранения некоторых, весьма важных, льгот, которыми дотоле пользовалась Малороссия. Пользуясь таким доверием к себе местного дворянства, Каразин усиленно распространял как среди дворян, так и среди горожан свою мысль об учреждении университета в Харькове. И дворяне, и горожане отнеслись с сочувствием к мысли Каразина и изъявили согласие поддержать дело материально. Тогда Каразин явился к Александру I и, заявив ему о желании Украины иметь свой университет, просил разрешить основание его в Харькове, причем указал и на желание слободско-украинского общества поддержать данное дело материальными пожертвованиями. Само собою разумеется, что Александр I отнесся сочувственно к мысли Каразина и разрешил ему работать в данном направлении

Для издания Гейне были собраны все бывшие тогда переводы и издатель поручил писателям сделать новые, в т. ч. Тютчеву, Фету, Майкову.

До 1892 года имя Лобачевского за пределами Казани было известно только специалистам-математикам; с сочинениями же его были знакомы далеко не все даже из последних

Довольно многочисленные в 1830-40-е гг. годы альманахи, сборники и другие полулубочные издания, единственною причиною возникновения которых был расчет издателей-барышников на пробуждавшуюся в русской публике охоту к чтению

Женские гимназии в первое десятилетие своего существования (60-е гг XIX) дали немногое в смысле научной подготовки. По выходе из гимназий лучших учениц ждало горькое разочарование и им приходилось наверстывать потерянное время. Имевшие средства брали отдельные частные уроки, менее состоятельные составляли кружки и в складчину приглашали хорошего учителя. Этим кружкам тогда не было числа. Вскоре же открылись так называемые "Аларчинские курсы", имевшие то же назначение - пополнение пробелов среднего образования, и эти курсы были переполнены

Западники с восторгом встретили Фейербаха: "Он лишил меня бессмертия души," -- полушутя-полусерьезно говорил Грановский

Запрещенная книга Кюстина имела широкое хождение в России

Злобой дня тогдашнего литературного мира было ненормальное состояние журналистики. Ею окончательно овладел известный триумвират: Греч, Сенковский и Булгарин. Благодаря большим денежным средствам издателя-книгопродавца Смирдина "Библиотека для чтения" сделалась самым толстым и самым распространенным из ежемесячных журналов

Знаменитая французская артистка Рашель из-за представлений "Бедности -- не порок" принуждена была играть по утрам, столь сильным оказалось увлечение московской интеллигенции

Известно, какое важное значение имели в истории умственного развития нашего общества такие кружки, как московские Станкевича, Белинского и Грановского или Аксаковых и Киреевских и подобные же им петербургские. Это были главные умственные центры. По примеру их провинциальная интеллигенция также соединялась в кружки, очень часто имевшие какие-либо сношения со столичными; все, что делалось в центрах, было известно, обсуждалось и здесь. Во второй половине пятидесятых годов происходит распадение кружков как в столицах, так и в провинции; но в то время, когда Никитин выступил на литературное поприще, в Воронеже еще существовал такой кружок, соединявший в себе лучшие интеллигентные силы. Во главе его стоял Н. И. Второв, занимавший в то время солидный административный пост в городе

Издательство Вольфа прославилось выпуском детских книг, которые печатались в виде подарочных изданий. Одним из таких изданий стали "Волшебные сказки" Шарля Перро с иллюстрациями Гюстава Доре

Император Александр III немедленно по вступлении на престол отменил монополию казенных театров в столицах. Эта отмена влекла за собой возникновение частных сцен

Император Николай I страстно любил театр и непременно смотрел всякую оригинальную пьесу, хотя бы даже одноактную

Интеллигентная мысль принимала все более и более практический характер. В какое-нибудь десятилетие она сделала громадный переход от немецкого оптимистического идеализма к социализму. Милютин в это время (конец 40-х годов) начал писать свои политико-экономические этюды, Валериан Майков - свои критические статьи. Между прочим все чаще и чаще высказывались вот какие мысли: "Самое важное, самое характерное явление современной жизни заключается в сильном стремлении общества к материальным интересам. Вещественное благосостояние человека занимает умы всех сословий. Удобство земного существования, довольство - вот главный вопрос, вопиющая забота нашего века. Метафизическая эпоха германской жизни кончилась; внимание и надежды обратились к требованиям общественной жизни, которой нечего делать в холодной отвлеченности философских систем. Первенство принадлежит наукам общественным, интересы действительности должны быть разлиты по всему обществу и главная задача науки - показать законы равномерного распределения блага по всем классам" ("Отечественные записки", 1848 г., кн. X)

"Кавказ в то время это было единственное место ратных подвигов нашей гвардейской молодежи, и туда были устремлены взоры и мысли высшего светского общества. Юные воители, возвращаясь с Кавказа, были принимаемы как герои. Помню, что конногвардеец Глебов, выпущенный из плена горцев, сделался предметом любопытства всей столицы. Одушевленные рассказы Марлинского рисовали Кавказ в самом поэтическом виде; песни и поэмы Лермонтова гремели повсюду"

Казанская гимназия была училищем с весьма широким объемом преподавания и с науками, которые имели общеобразовательный характер и вместе с тем готовили людей к самым разнообразным видам служебной деятельности. Это было нечто вроде лицея. Кроме первоначальных общих предметов гимназического курса, здесь преподавались из языков: латинский, французский, немецкий и, в угоду местным потребностям, татарский; из философских наук: логика и практическая философия; из физико-математических: геометрия и тригонометрия, механика, гидравлика, физика, химия, натуральная (естественная) история, землеведение, то есть землемерие, и гражданская архитектура; преподавались также науки юридические и военные, наконец, рисование, музыка, фехтованье и танцы

Капитал для премий за лучшие драматические произведения образовался по подписке. Она была разрешена в память пятидесятилетней годовщины смерти Грибоедова, и собранные около семи тысяч рублей составили капитал для выдачи "грибоедовской" премии

Комитет считал своим долгом не только пресекать и карать литературные преступления, но и вразумлять авторов на будущее время, внушать им - по своему усмотрению - правила писательства и цели литературной деятельности

Конец 1820-х было горячее литературное время в Москве: на беспрерывных и многочисленных литературных собраниях обсуждались животрепещущие вопросы, литературные и философские, начиная с судеб русской словесности до судеб самой России

Кроме "Арзамаса", в Петербурге было несколько других литературных обществ, кружков и салонов ("Общество любителей словесности, наук и художеств", "Общество соревнователей просвещения и благотворения", кружок А. Н. Оленина, вечера В. А. Жуковского), и, хотя Пушкин не принадлежал к некоторым из них, однако же следил внимательно за их занятиями

Купечество, впервые за все существование русского театра, отозвалось восторженно на талант Островского и исполнение артистов. Особенно много горячих похвал пришлось выслушать Садовскому

Л. Н. Толстой, Тургенев, Григорович и Островский в 1857 году обязались не печататься нигде, кроме "Современника", но не выдержали соглашения

Лекции Грановского в МГУ в 1843 году собирали не только студентов, но и многочисленную образованную публику, "от старцев до девиц"

Литературные занятия литературного кружка Царскосельского лицея заключались, во-первых, в издании рукописных журналов, в которых члены помещали свои произведения, а во-вторых - в особенной литературной игре. Составив один общий круг, товарищи обязывали каждого рассказать повесть или, по крайней мере, начать ее. В последнем случае следующий за рассказчиком принимал ее на том месте, где она остановилась, и развивал далее; третий, в свою очередь, продолжал ее и т. д., пока повесть не приходила к окончанию

Литературный кружок образовался едва ли не тотчас по открытии Царскосельского лицея; участниками в нем были Дельвиг, Илличевский, Корсаков, князь А. М. Горчаков, барон М. А. Корф, С. Г. Ломоносов, Д. Н. Маслов, Н. Г. Ржевский, В. К. Кюхельбекер, М. Л. Яковлев

Маврикий Осипович Вольф (польское имя - Болеслав Маурыцы) (1825, Варшава - 1883, С-Петербург) - российско-польский издатель, книгопродавец, типограф - происходил из семьи врача.

Магницкий думал, что весь беспорядок в университетах наших произошел от образования, книг и людей, перешедших к нам из Германии. Там, по его мнению, зараза возмутительных начал, возникшая в Англии и усиленная во Франции, сделалась классической. Он говорил: "Науки и литература северной Германии так заражены, что пользоваться ими надо с величайшей осторожностью"

Между тем как публика нарасхват покупала "Руслана и Людмилу", читала и перечитывала ее до заучивания наизусть, в журнальном мире занялся целый сыр-бор из-за нее

На одну школу в течение 13-ти лет истрачено 4000 руб., а грамотных за все это время вышло только 5 человек, т. ч. каждый грамотный обошелся в 800 рублей (1867, Россия)

Над всем цензурным ведомством в России стоял особый комитет, учрежденный 2 апреля 1848 года. Комитет осуществлял высший надзор за книгопечатанием и выполнял свои обязанности с усердием, стяжавшим ему единственную в своем роде историческую известность

Надеждин (1804--1856), чиновник министерства внутренних дел, с 1843 года редактор журнала этого министерства

Начиная со 2-го класса в Царскосельском лицее позволялось воспитанникам выписывать за свой счет журналы. Таким образом, Салтыковым получались: "Отечественные записки", "Библиотека для чтения" (Сенковского), "Сын Отечества" (Полевого), "Маяк" (Бурачка) и "Revue Etrangere". Журналы читались воспитанниками с жадностью; особенно сильным было влияние "Отечественных записок", где писал критические статьи Белинский

Некоторые стихи издатель Гербель давал аж в 5-ти переводах

Немаловажную роль в этом сосредоточении в Воронеже образованных людей играл основанный здесь в 1845 году кадетский корпус, собравший вокруг себя молодые педагогические силы

Никогда не бывало в России такой массы листков, газет и журналов, какая явилась в 1856-1858 гг. Издания появлялись, как грибы, хотя точнее было бы сказать, как водяные пузыри в дождь, потому что как много их появлялось, так же много и исчезало. Одними объявлениями об изданиях можно было бы оклеить башню московского Ивана Великого. Издания были всевозможных фасонов, размеров и направлений, большие и малые, дешевые и дорогие, серьезные и юмористические, литературные и научные, политические и вовсе не политические. Появлялись даже летучие уличные листки. Вся печать, вместе с официальной, доходила до 250 изданий

О Жорж Санд Сенковский и Булгарин предостерегали публику еще до появления ее романов на русском языке. Особенно пугали русских дам тем, что она ходит в панталонах, хотели испугать развратом, сделать ее смешной. Сенковский, сам же собиравшийся переводить Жорж Санд в своем журнале "Библиотека для чтения", начал называть ее печатно г-жой Егором Зандом, и, кажется, серьезно остался доволен своим остроумием

О тогдашнем министре народного просвещения графе Завадовском сохранились следующие авторитетные отзывы: граф Строганов писал в 1804 году Новосильцеву: "Наше народное просвещение идет немного тихо. Господь Бог, создавши мир в шесть дней, почил в седьмой, а наш министр делает лучше: он ничего не делает шесть дней и, несмотря на то, отдыхает в седьмой"

Общество "Зеленая лампа", основанное Н. В. Всеволожским и у него собиравшееся. Это было оргичeскоe общество, которое в числе различных домашних представлений, как изгнание Адама и Евы, гибель Содома и Гоморры, устраиваемых им на своих заседаниях, пародировало между прочим собрания с парламентскими и масонскими формами, но было посвящено исключительно обсуждению планов волокитства, закулисных проказ и всякого рода отчаянных шалостей, иногда крайне скандальных, рискованных и опасных; сюда же входили и кутежи с богатырскими пари относительно количества выпитых напитков и беспрестанные дуэли из-за самых ничтожных пустяков вроде какой-нибудь случайной театральной ссоры

Общество в Стокгольме было очень образованно, горячо сочувствовало всему либеральному. Бакунин во все время был очень хорошо принят братом короля и чествуем обществом как русский агитатор 1848 года. Ему беспрестанно давали обеды, делали для него вечера, пили за его здоровье, радовались счастью его лицезреть

Один из замоскворецких обывателей говорил Садовскому: - Ну, Пров Михайлыч, такое ты мне, московскому первой гильдии купцу Ив. Вас. М-ву, уважение сделал, что в ноги и тебе должен кланяться. Как вышел ты, я так и ахнул! Да я говорю жене (увидишь - спроси ее): смотри, говорю, - словно бы это я!.. Борода только у тебя покороче была,- ну вот, как есть! Это, говорю, на меня критика. Даже стыдно стало: сижу в ложе-то, да кругом и озираюсь, - не смотрят ли, думаю, на меня. Ей-Богу! А как заговорил ты про тарантас, я так и покатился! у меня тоже у Макария случай с тарантасом был

Однако важнейшей вехой в культурной жизни провинции, качественно новым этапом в истории книжной культуры стало открытие в Тобольске в 1789 г. типографии Корнильевых

Около 1840 г студенты увлекались Белинским; под влиянием же любимого критика вели ожесточенные и бесконечные философские споры и зачитывались Гоголем

Он мог рассчитывать, кроме вышеупомянутых 69910 рублей, обещанных казною харьковскому дворянству, еще на 125 тысяч рублей, которые приходились на долю Харьковского университета из суммы, ассигнованной в целом на потребности учебных округов. Однако ни те, ни другие деньги не выдавались. Каразин настоял перед графом Кочубеем о докладе государю о вышеупомянутых дворянских деньгах. Состоялось высочайшее повеление о выдаче их; но когда обратились за ними к министру финансов, тот заявил, что имеется высочайшее повеление о выдаче упомянутых денег лишь в следующем году

По традиции, сохранявшейся со времени Новикова, в Благородном университетский пансионе особенно процветали между воспитанниками занятия литературою. Воспитанники собирались на общее чтение, издавался рукописный журнал, в котором многие из них принимали участие

Под влиянием первых симпатичных лет царствования Александра I и знакомства - благодаря более живому общению с Западом - с богатой европейской литературой и общественными порядками в русское общество, как известно, хлынул поток новых идей, проникших и в глухую провинцию. Вследствие этого обстоятельства и, в частности, под обаянием блестящей славы Пушкина в Воронеже, как и в других городах на Руси, возник интерес к литературе и чтению, и образовались литературные кружки, группировавшиеся около Кашкина и других лиц, а также в семинарии и гимназии. Здесь читались поэты, происходили споры, обсуждались стихотворения членов кружка и слушались последние литературные новости. Кружки издавали рукописные альманахи, где в качестве поэтов часто выступали лица купеческого сословия

Помпей Батюшков (ум 1892) -- брат Батюшкова. Написал исследование по русинам З. Украины

Последнее издание "Кормчей книги" вышло в 1816 г

Появление "Руслана и Людмилы" произвело сильную сенсацию и в литературе, и в обществе

Появление отрывков комедии в "Русской Талии" развязало язык прессе, и весь 1825 год был занят ожесточенной полемикой различных органов печати по поводу "Горя от ума". Вся литература, можно сказать, разделилась на два лагеря - друзей и врагов пьесы. Во главе последних стоял и доживавший последние дни свои Карамзин, не забывший насмешек Грибоедова над сентиментализмом. Но Карамзин, конечно, не заявлял своего мнения печатно, а ограничивался разговором в кругу своих высокопоставленных друзей. В пользу комедии первый голос подал Н. А. Полевой в c1 своего "Московского телеграфа" за 1825 год

Правительственная командировка литераторов для изучения местностей России в бытовом и промышленном отношении - факт в высшей степени замечательный в истории русского общества. Он совпал с началом царствования Александра II и стал следствием деятельности великого князя Константина Николаевича

Право на издание Писемского было выкуплено в 1861 г. за 8000 руб, немалую по тем временам сумму

При Царкосельском лицее была богатая библиотека, пользование которой было предоставлено воспитанникам без малейших ограничений

Приехав в 1848 году в Петербург, поступил в магазин иностранных книг Я. А. Исакова приказчиком, затем стал управляющим фирмой (на службе у Исакова оставался до 1853 года), параллельно приступил к изданию книг на польском языке. В 1853 году открыл собственный магазин "Универсальная книжная торговля", одновременно начав издание книг на русском языке. В 1856 году приобрел типографию, а в 1878 - известную словолитню Ж. Ревильона. Начав свою издательскую деятельность с выпуска "Общедоступной механики" Писаревского, Вольф издает серию детских книг, книг по естественным наукам, исторические монографии, "Толковый словарь" Даля (1880), выдающиеся издания подарочного типа: "Божественная комедия" Данте (1874) с иллюстрациями Г. Доре, сборник стихотворений "Родные отголоски" (1880), объемистое, роскошно иллюстрированное издание "Живописная Россия" (1881) и многие другие (Библия, "Фауст", "Картинные галереи Европы", "Атлас всемирной истории"). За двадцать пять лет, с 1853 по 1878 год, Вольф выпустил 3 250 наименований книг. Расцвет деятельности Вольфа приходится главным образом на семидесятые-восьмидесятые годы XIXвека[2].

Приехав в Харьков, Каразин с величайшим огорчением узнал, что к собиранию пожертвованных денег еще не было приступлено и что комиссия, которую должны были выбрать жертвователи и которая должна была озаботиться устройством помещения для университета, еще не существовала, а тем более не существовало помещения. Каразин решил сделать все сам. Основываясь на предписании министра внутренних дел, он потребовал сдачи генерал-губернаторского дома, предназначенного для университета. Но тут встретились препятствия: во-первых, не знали куда деть некоторые присутственные места, помещавшиеся в означенном доме, а во-вторых, из дома не мог выехать губернатор по причине грязи, покрывавшей харьковские улицы, как он доносил о том министру внутренних дел. Наконец, через два месяца дом был сдан, и Каразин мог приступить к необходимым переделкам и приспособлениям его

Проследив за всеми отраслями интеллектуального труда, Бокль неопровержимыми фактами доказывает, что век Людовика XIV был не золотым веком литературы, науки и искусства, а, напротив, веком их упадка: то был век нищеты, нетерпимости и притеснений, то был век рабства, позора и бездарности. Причина этого заключалась в правительственном покровительстве, в желании подчинить науку, искусство и литературу правительственным целям

Пушкинский "Современник" в руках корректного, но скучноватого профессора эстетики Плетнева влачил жалкое существование

С 1838 года в Харькове стали выходить "Губернские ведомости", и Каразин сделался деятельным сотрудником, успев поместить в них за короткое время до своей смерти (в 1842 году) двадцать статей, посвященных самым разнообразным предметам

С 1853-го по 1872 год: всего 766 раз прошли пьесы Островского только на казенных сценах. Дирекция императорских театров получила за это время со спектаклей Островского около двух миллионов дохода

Смирдина разорили Булгарин, Греч неимоверными заказами и гонорарами

Солдатенковым был осуществлен еще один смелый замысел - издательская программа по опубликованию лучших произведений отечественной и мировой литературы (1856-1862г. г.)

Старый Гизо, прочитав "Гамлет Щигровского уезда", захотел лично познакомиться с Тургеневым

Стасов считал, что отрицание Рафаэля -- первый признак развития искусства в России

Судить украл Тургенев у Гончарова детали или нет, был призван писательский совет экспертов: Дудышкин, Дружинин, Анненков

Существует 15 русских переводов "Ворона" По

Тайные общества, возникшие еще при Екатерине (масоны и мартинисты) и имевшие немалое распространение, несмотря на преследование, послужили корнями, дававшими побеги опасного свойства. В первую половину царствования Александра вступление в тайное общество имело характер моды и свидетельствовало до известной степени о хорошем тоне

В 1807 году Каразин написал письмо Александру I по поводу вмешательства России в европейские дела, которое Каразин обоснованно считал в высшей степени пагубным для России. За это письмо, которое, к сожалению, доселе не напечатано, Каразину пришлось высидеть неделю на гауптвахте

Церковный историк А. Ф. Терновский был уволен из Киевской духовной академии (1883) "за направление, несогласное с духом православия"

"А здесь кругом меня другой народ: татарин на татарине, жид на жиде... Судебные дела, услуги, прислуги, угождения, посещения, брань и расчеты, брани и ссоры... И для чего пишу? Для вас, для вас одних, а здесь я за писание терплю одни оскорбления..." (Кольцов)

"В начале зимы 58-го года, - рассказывает он,- мне удалось найти работу в одном журнале для девиц ("Рассвет" Кремпина), начинавшем свое существование в начале 59-го. Мне было поручено вести в этом журнале библиографический отдел, т. е. указывать юным читательницам на те книги и журнальные статьи, которые могут обогатить их ум, не вредя чистоте и непорочности их сердца" (Писарев)

"В полчаса мы Бог знает сколько переговорили, с полслова понимая друг друга, с восклицаниями, торопясь, говорили и о поэзии, и о Гоголе, цитируя из "Ревизора" и из "Мертвых душ", но главное - о Белинском" (Достоевский о первом знакомстве с Некрасовым)

"Вчера я обедал, - писал Грибоедов Бегичеву 4 января 1825 года,- со всею сволочью здешних литераторов. Не могу пожаловаться, отовсюду коленопреклонения и фимиам, но вместе с тем - сытость от их дурачеств, их сплетен, их мишурных талантов и мелких их душишек"

"До первых годов шестого десятилетия, - по свидетельству г. Боборыкина, - в течение пяти-шести лет Писемский пользовался самой большой популярностью. Он сделался достоянием Петербурга, жил бойко, редакторы журналов за ним ухаживали, его видали часто и в светских салонах, знали как чтеца и даже как актера-любителя"

"Его (Каразина) библиотека, - по свидетельству современника, - обнимала, как и он сам, все отрасли человеческих знаний". В 1836 году эта библиотека пострадала от пожара, причем сгорело до 5 тысяч томов и множество рукописей. Григорий Данилевский вспоминает, как он, будучи шестилетним мальчиком, видел Каразина, худого седого старика, заехавшего в зимний бурный вечер на хутор его отца и плакавшего при рассказе о гибели своей библиотеки

"Едва ли какой-нибудь гурман ест с таким аппетитом разные тонкости европейской кухни, с каким мы теперь принимаемся за питье кирпичного чая и еду дзамбы с маслом, а за неимением оного - с бараньим салом. Правда, последнее, будучи растоплено, издает противный запах сальных свечей, но, путешествуя в азиатских пустынях, необходимо оставить дома всякую брезгливость, иначе лучше не путешествовать. Цивилизованный комфорт даже при больших материальных средствах здесь невозможен; никакие деньги не превратят соленую воду в пресную, не уберегут от морозов, жары и пыльных бурь, а иногда и от паразитов" (Пржевальский)

"Еще игра судьбы нестерпимая, - пишет Грибоедов Бегичеву 9 сентября 1825 года, - весь век желаю где-нибудь найти уголок для уединения, и нет его для меня нигде. Приезжая сюда, никого не вижу, не знаю и знать не хочу. Это продолжалось не долее суток, потому ли, что фортепианная репутация моей сестры известна, и чутьем открыли, что я умею играть вальсы и кадрили; ворвались ко мне, осыпали приветствиями, и маленький городок сделался мне тошнее Петербурга. Мало этого. Наехали путешественники, которые меня знают по журналам: сочинитель Фамусова и Скалозуба, следовательно, - веселый человек. Тьфу, злодейство! Да мне не весело, скучно, отвратительно, несносно!"

"За свои стихи,- пишет Кольцов в 1837 году Краевскому,- денег не брал и буду ли брать когда-нибудь? Цена им дешевая, а награда великая. Вы, слава Богу, не побрезгали мною, приняли в число своих знакомых, обласкали, помогли, познакомили с людьми, которых я не стою и не буду стоить никогда. Чего ж мне больше?"

"Измаил-Бей" -- первое произведение Лермонтова, явившееся в печати, так как товарищ его Николай Юрьев тайком от поэта снес копию поэмы Сенковскому, и тот, одобрив ее, напечатал в "Библиотеке для чтения" (1835 год) за полною подписью автора

"Как только я приехал, - пишет Белинский, - то ректор призвал меня в правление и начал бранить за то, что я поздно приехал. Этим я обязан Перевощикову, который тогда очень помнил меня и отрекомендовал ректору и Щепкину. Когда ректор говорил со мною, то он (Перевощиков) беспрестанно кричал, что меня надобно выгнать из университета. Наконец ректор в заключение спектакля сказал: заметьте этого молодца; при первом случае его надобно выгнать. Перед окончанием холеры я не ночевал ночи две или три дома. Прихожу к Щепкину за одним делом, и он начинает меня ругать: говорит, что меня за это он отдаст, как какого-нибудь каналью, в солдаты и, наконец, с презрением начал выгонять из своих комнат... Надеясь не сорваться с казенного кошта, я дал себе клятву все терпеть и сносить, и потому ничего ему не сказал..."

"Лекции Грановского, - сказал Чаадаев, выходя после третьего или четвертого чтения из аудитории, битком набитой дамами и всем московским светским обществом, - имеют историческое значение"

"Литературные занятия в настоящее время не только могут прокормить человека, но даже могут составить ему обеспеченное состояние" (Писарев)

"Лобачевский сам никогда не заискивал перед начальством, не старался выставиться на глаза, не любил этого и в других. В то время, когда большинство членов совета, в угоду попечителю, готово было на все, Лобачевский безмолвно присутствовал в заседаниях, безмолвно и подписывал протоколы этих заседаний"

"Лучший критик берлинский Френцель, - читаем мы в следующем письме, - в c 501 "National Zeitung" посвятил вам целую статью, где называет ваш роман - "редким явлением", я вам говорю, вы теперь в Германии - известность" (Тургенев Писемскому)

"Милостивый Государь Александр Сергеевич! При отъезде моем из Москвы, не имея времени лично с Вами переговорить, обратился я к Вам письменно с объявлением высочайшего соизволения, дабы Вы, в случае каких-либо новых литературных произведений Ваших, до напечатания и распространения оных в рукописях, представляли бы предварительно о рассмотрении оных, или через посредство мое, или даже прямо его императорскому величеству" (Бенкендорф Пушкину)

"Новое время" отказалось печатать 2-ую часть "Анны Карениной" из-за резкого отношения писателя к патриотическому подъему 1876 года

"Обломов" был написан и закончен лишь в 1857 году, когда Гончаров был на водах в Киссингене. Выйдя в свет, роман произвел истинный фурор во всех лагерях без исключени"Обыкновенная история"

"Обыкновенная история" появилась в первых книжках возобновленного "Современника" (этого неудачного детища Пушкина) за 1847 год

"По несчасному положению нашей цензуры и половины нельзя будет напечатать, что мною написано; это меня огорчает, потому что я получилв вкус к похвалам и сочувствию, с которыми было встречено все написанное мною" (С. Т. Аксаков)

"Полгода я посвящу на исправление, дополнение и исключение всего того, что не нужно знать публике... Остальные полгода на мытарства и печатания" (С. Т. Аксаков)

"Положим, что сегодня, 21-го мая, экзамен из географии происходит блистательно. Проходит два дня, 24-го числа те же воспитанники приходят экзаменоваться из латинского языка. Пусть тогда объявят юношам, что экзамена из латинского языка не будет, а повторится уже выдержанный экзамен из географии. Вы посмотрите, что это будет. По рядам распространится панический страх: будущие друзья науки увидят ясно, что они попали в засаду; начнется такое избиение младенцев, какого не было со времени неистового царя Ирода; кто 21-го мая получил 5 баллов, примирится на трех, а кто довольствовался тремя баллами, тот не скажет ни одного путного слова"... (Писарев)

"Протестантом и радикалом,- говорит Де-Пуле,- Придорогин был страшным (конечно на словах), когда речь заходила о крепостном праве: чего-чего не говорил он тут, каких не сочинял ужасов. До 1857 г. почти ни одна наша беседа не обходилась без его горячих филиппик"

"самобытности и народности" требовал от Никитина и один из лучших тогдашних критиков, Ир. И. Введенский, опять-таки не знавший Никитина лично, но убеждавший его письменно не менять свой постоялый двор на "искусственный кабинет петербургского или московского литератора"

"Самый памятный день" в жизни Островского. Так сам писатель называл 14 февраля 1847 года. В этот день он был в гостях у профессора русской словесности Шевырева. Познакомился Островский с профессором, вероятно, через своего гимназического товарища, учившего детей Шевырева. В знаменательный вечер у профессора собралось немало именитых гостей,- среди них знаменитый славянофильский публицист и философ А. С. Хомяков, талантливый критик А. А. Григорьев. В присутствии их Островский прочитал свои драматические сцены

"Сели на палубе за длинный стол, подали чай, началось чтение. Писемский сначала зачитал робко, вяло, но скоро он овладел собой, и полились из уст его речи, сладчайшие меда. Его высочество неоднократно останавливал чтение и выражал автору свое удовольствие. Рассказ был уже близок к концу, вдруг... глухой пушечный выстрел! Писемский вздрогнул и побледнел; другой... третий... четвертый... - Начали?! - произнес он простодушно, робко окинув всех глазами. Ему представилась бомбардировка. - Это салют; к неприятелю идет пароход с моря, - успокоили его. Пальба продолжалась, и Писемский не раньше ее окончания приступил к чтению, но начал читать двумя тонами ниже - так его поразила эта неожиданность"

"Система поблажки любимчикам находилась у него в полном отсутствии. Он был вполне беспристрастен и зачастую ставил единицу и нуль самым любимым юнкерам. Часто посещавшему его и довольно близко к нему стоявшему юнкеру К. пришлось остаться на второй год за неудачу экзамена именно по истории и географии. Сам Пржевальский настоял на этом. Ни слезы матери, ни уверения К., что он будет учиться, ни просьбы за него товарищей и начальников не могли поколебать справедливого решения Пржевальского"

"Слушать" Никольского вместо Лобачевского предпочитали, вероятно, и потому еще, что на лекциях первого было вообще веселее. Никольский искал популярности и умел плыть по течению. Во время попечительства Магницкого он начинал доказательство равенства треугольников словами: "С помощью Божиею эти два треугольника равны"

"Статьи [Белинского] были не просто журнальными рецензиями, они составляли почти события в литературном мире того времени" (Анненков)

"Только теперь,- говорил Никитин, открыв книжный магазин, - идя по улице, я смело смотрю всем в глаза, потому что знаю, что делаю дело. А прежде что? Кто же у нас стихи считает делом!"

"Ты думаешь, весело переводить длинные тирады Боккачио даром? Славы от этой прозы не будет" (Батюшков)

"У меня был Кольцов, - пишет в 1840 году Никитенко, - некогда добрый, умный, простодушный Кольцов, автор прекрасных по своей простоте и задушевности стихотворений. К несчастию, он сблизился с редактором и главным сотрудником "Отечественных записок" (Белинским- Авт.). Они его развратили. Бедный Кольцов начал бредить субъектами и объектами и путаться в отвлеченностях гегелевской философии. Он до того зарапортовался у меня, что мне стало больно и грустно за него... Неученый и неопытный, без оружия против школьных мудрствований своих наставников и покровителей, он, пройдя сквозь их руки, утратил свое драгоценнейшее богатство: простое, искреннее чувство и здравый смысл..."

"Чаадаев, тщательно одетый, с нежным, как из воску, лицом, сердил оторопевших аристократов и православных славян колкими замечаниями, всегда отлитыми в оригинальную форму и намеренно замороженными"

"Читал ли ты комедию или, лучше, трагедию Островского "Свои люди - сочтемся!" и которой настоящее название "Банкрот"? Пора было вывести на свежую воду самый развращенный духом класс людей. Если это не минутная вспышка, не гриб, выдавившийся сам собою из земли, просоченной всякою гнилью, то этот человек есть талант огромный. Я считаю на Руси три трагедии: "Недоросль", "Горе от ума", "Ревизор". На "Банкроте" я поставил нумер четвертый" (Одоевский)

"Что за них дадут? - писал Кольцов о стихах в письме к приятелям, в Петербург. - И что за них буду получать в год? Пустяки: на сапоги, на чай, и только! Талант мой, надо правду говорить, особенно теперь, в решительное время,- талант мой - пустой... Несколько песенок в год - дрянь... Что, если в 40 лет придется нищенствовать?.."

"Что-то манило меня в университет; в словах "студент, профессор, аудитория, лекция" заключалась для меня какая-то необъяснимая прелесть; что-то свободное, молодое, умное чуялось мне в студенческой жизни; мне хотелось не кутежей, не шалостей, а каких-то неиспытанных ощущений, какой-то деятельности, каких-то стремлений, которым я не мог дать тогда ни имени, ни определения, но на которые непременно рассчитывал наткнуться в стенах университета..." (Писарев)

"Я поцеловал Белинского в лоб, с душевною теплотой приветствовал его, тут же потребовал принести мне какую-то книжку, на заглавном листе которой надписал: "Виссариону Белинскому за прекрасные успехи в учении (или что-то подобное) от такого-то, тогда-то". Мальчик принял от меня книгу без особенного радостного увлечения, как должную себе дань, без низких поклонов, которым учат бедняков с малолетства". (Лажечников)

1 января 1886 года управляющим императорскими московскими театрами был назначен А. А. Майков; Островского назначили заведующим репертуарной частью и начальником театрального училища. Московские театры получили самостоятельное управление и двух хозяев: собственно по хозяйственной части и по художественной и учебной

1830 Гончанов в это время знал порядочно по-французски, по-немецки, отчасти по-английски и по-латыни; переводил Корнелия Непота a livre ouvert [с листа (фр.). ] и, следовательно, без всякой гордости и самомнения мог считать себя достойным слушать лекции

1845 Гоголь жил в тесном кругу своих друзей Виельгорских и графа А. П. Толстого, каждый день ходил к обедне в русскую церковь, изучал чин литургии с помощью одного знатока греческого языка, отставного учителя Беляева, и писал: "Размышления о божественной литургии"

24 декабря 1888 совершилось в Париже нечто подобное, но еще несравненно более замечательное. Академия наук присудила одну из своих наибольших премий женщине, и еще увеличила размеры этой премии. Удостоена этой премии г-жа Ковалевская, урожденная Корвин-Круковская, доктор философии и профессор математики в Стокгольмском университете

27 декабря 1877 года Николай Алексеевич Некрасов скончался. Похороны его были чуть ли не первым на Руси громким и торжественным проявлением общественных симпатий к любимому писателю, - гроб его, несмотря на суровый морозный день, провожала еще невиданная в таких случаях в Петербурге толпа народа в четыре-пять тысяч человек

3 декабря 1849 года Островский явился в сопровождении артиста Садовского на литвечер к Погодину, попеременно с ним читавшего пьесу. Чтение и на этот раз вызвало всеобщее восторженное одобрение. Погодин записал в своем дневнике: "комедия - Банкрот - удивительная"

5 августа 1831 написано было Пушкиным стихотворение "Клеветникам России", за которым вскоре последовала "Бородинская годовщина". Патриотические стихотворения не остались совсем без следа, и 14 ноября 1831 года Пушкин зачислен был на службу в ведомство Государственной Коллегии иностранных дел с жалованьем 5 тысяч ассигнациями в виде особенной высочайшей милости

8 сентября 1803 года Карамзин, посоветовавшись предварительно с другом своим И. И. Дмитриевым, отправил на имя товарища министра народного просвещения письмо, в котором просил о назначении себя государственным историографом

Автор "Каменного гостя" взял одну из тетрадок у прасола, и во второй книжке "Современника" за 1836 год была помещена пьеса Кольцова "Урожай"; затем больше ничего не было... По рассказу Краевского, Пушкин говорил, что не все стихи Кольцова можно печатать; он находил у прасола большой талант, широкий кругозор, но бедность образования, отчего эта "ширь" часто рассыпается фразами

Александр I, прочитав сборник стихов Жуковского, назначил ему пенсию в 4000 руб

Александр II пожаловал Островскому бриллиантовый перстень - за благородные патриотические чувства, вдохновившие пьесу "К. Минин"

Александр III, в первый раз встречая Островского, заявил ему: - Поручая вашему ведению свои театры, я уверен, что они будут в хороших руках. Делайте все, что найдете полезным для процветания их

Анненков встречался с Марксом по рекомендации Г. М. Толстого, помещика, хантазюра. Маркс этот факт отрицает

Анненков попросил Маркса высказаться о книге Прудона, а тот развернулся в свое знаменитое письмо

Анненков ради Белинского отменил свою поездку в Иерусалим и Грецию

Анненков рассказывает, как он с непривычки был озадачен, когда однажды, вскоре после знакомства с Писемским, возвращаясь с ним довольно поздно с вечера, проведенного у друзей, услыхал от него необычайный вопрос: "Скажите, вам никогда не случалось думать, подъезжая к своему дому, что без вас там могло произойти большое несчастие?" При этом Писемский прибавил доверчиво: "Мне часто случается стоять у порога моей двери с замиранием сердца: что, если дом ограблен, кто-нибудь умер, пожар сделался, - ведь все может случиться!" Причем по голосу его слышно было, что он говорил серьезно

Батюшков сжег свою библиотеку, оставив только "Библию" и Шатобриана

Батюшков, ярый франкофон, пришел в 1812 к русофилу Глинке со своими извинениями за давний спор

Белинский "как на шиле" сидел в аудиториях профессоров, в обществе которых, по их собственному справедливому признанию, можно было только "поглупеть"

Белинский и Бакунин беспрестанно ссорились и мирились

Белинский полагал, что Некрасов навсегда останется полезным литературным тружеником - не больше. Даже в следующем, 1845 году, когда Некрасов напечатал уже во второй части "Физиологии Петербурга" свою сатиру в стихах "Чиновник", Белинский, осыпая ее в печати похвалами как "одно из тех в высшей степени удачных произведений, в которых мысль, поражающая своей верностью и дельностью, является в совершенно соответствующей ей форме", ни одним еще словом не обмолвился о поэтическом таланте автора

Белинский похвалил "Воспоминания Булгарина", однако его единомышленники не пропустили даже его рецензии

Белинский с ужасом встретил известие о начале революции 1848

Белинский, как никто другой, находился в положении умственного пролетария

Белинского отчислили из МГУ "по ограниченности возможностей" и невозможности "образоваться полезным чиновником"

Благосветов добровольно возложил на себя крест корректора, редактора, предпринимателя и нес его с каким-то самопожертвованием. В редакции он просиживал дни и ночи, возился с сотрудниками, цензорами, типографией, вмешивался в каждую мелочь и, кроме своего журнала, не признавал ничего. Он читал только для "Русского слова", писал только для него и из 24-х часов отдавал ему 18

Более всего оскорбляло самолюбие Пушкина то обстоятельство, что Воронцов игнорировал в нем поэта и смотрел лишь как на чиновника

Более же всего Пушкина тянуло в высший свет, где он считал неприличным носить звание литератора и всячески старался, чтобы забыли о том, что он пишет стихи

В "Журнале Министерства народного просвещения" стихотворец Менцов, очевидно знавший о 17- летнем возрасте автора книги "Мечты и звуки" (Некрасова), дал один из наиболее сочувственных отзывов: рецензент исходил из того мнения, что при разборе сочинений столь юного поэта задача критики не в определении их литературной ценности и значения, а лишь в решении вопроса - есть ли у поэта признаки таланта

В "Русском слове" Писарева хотя и обсчитывали, но за ним все-таки ухаживали, устраивали нарочно для него карточные вечера "по маленькой", смотрели на него снизу вверх, и он рядом с прочими сотрудниками чувствовал себя великаном среди пигмеев. В "Отечественных записках" перед такими престарелыми уже корифеями, как Некрасов, Салтыков, Елисеев, - Писарев чувствовал себя хотя и талантливым, но все-таки молодым

В 1809 году Карамзин был представлен Великой Княгине Екатерине Павловне и стал пользоваться особенным ее расположением. Чтобы иметь его поближе к себе, она предложила даже ему тверское губернаторство, но он отказался, ответив, что будет или дурным историком, или дурным губернатором

В 1814 году Грибоедов познакомился с князем Александром Александровичем Шаховским, который тоже служил в военной службе. Беседы с этим любителем и знатоком сцены вновь пробудили в Грибоедове страсть к театру, и он решился испытать свои силы на поприще драматургии

В 1827 году возгорелось дело о стихотворении "Андрей Шенье". Стихотворение это, посвященное Н. Н. Раевскому, было написано Пушкиным в начале 1825 года и помещено в первом собрании его стихотворений, изданном в 1826 году. Цензура, рассмотрев стихотворение 8 октября 1825 года (следовательно, за два месяца до 14 декабря), выпустила из него 44 стиха, со стиха "Приветствую тебя" и до стиха "И буря мрачная". Между тем этот отрывок распространился по Москве как стихотворение, написанное будто бы Пушкиным специально по поводу 14 декабря. Один из списков с надписью "По поводу 14 декабря", принадлежавший кандидату московского университета Ал. Леопольдову, попал в руки полиции, и вот возгорелось дело, длившееся два года. Пушкин неоднократно был призываем по этому делу, и относительно его состоялся следующий указ правительственного сената: "Хотя Пушкина надлежало подвергнуть ответу перед судом, но как преступление сделано им до манифеста 22 августа 1826 года, то, избавя его от суда и следствия, обязать подпискою впредь никаких своих стихотворений без рассмотрения цензуры не осмеливаться выпускать в свет, под опасением строгого по законам взыскания"

В 1830 году Кольцов пригнал гурт скота на винокуренный завод, где и познакомился с сыном директора Станкевичем, который ввел будущего поэта в литературу

В 1832 году барон П. Л. Шиллинг показывал у себя на квартире императору Николаю I действовавший телеграфный прибор, но практического сочувствия дело не встретило

В 1834 году кому-то из учеников Кадетского корпуса пришло в голову издавать еженедельный рукописный журнал под заглавием "Школьная заря". Желавшие участвовать клали свои статьи в определенный для того ящик одного из столиков, стоявших возле кроватей. Статьи эти вынимались из ящика по средам, сшивались и затем прочитывались в собрании товарищей при общем смехе и шутках. Все эти литературные упражнения носили крайне скабрезный характер. Тут-то Лермонтов и поместил ряд своих скоромных поэм

В 1837 году Жуковский выхлопотал для Гоголя пособие от государя в размере 5 тысяч руб. ассигн., и на эти деньги он жил до приезда в Россию

В 1850 году Добролюбов даже решился послать в "Москвитянин" письмо, прося у редакции 100 рублей и обещая за них прислать 40 стихотворений

В 1850-е гг. появилось всего лишь несколько незначительных отзывов, в одном из которых Эраст Благонравов писал: "Трудно найти стихотворца, который был бы меньше поэт, чем Некрасов"

В 1852 году Гончаров при содействии министра народного просвещения А. С. Норова "был командирован для исправления должности секретаря при адмирале (Путятине) во время экспедиции к русским американским владениям"

В 1852 году Добролюбов послал в редакцию "Сына отечества" 12 стихотворений под псевдонимом Владимира Ленского. Написал он в том же году три статейки для "Нижегородских ведомостей". Но, по его словам, "одну цензор не пропустил - невиннейшую статью о погоде; другие две, кажется, сгибли у редактора, по крайней мере, доселе (т. е. до 20 января 1851 года) остаюсь для них, т. е. они для меня остаются во мраке неизвестности"

В 1852 году Иван Сергеевич Аксаков вышел в отставку. Эпизод, сопровождавший его удаление со службы, был бы, пожалуй, и смешон, если бы не был так грустен. По словам С. А. Венгерова, он заключался в следующем: "За Аксаковым открылись разные изъяны. Так, ярославский губернатор сообщил в Петербург, что молодой чиновник читает знакомым какую-то подозрительную рукопись. Потребовали объяснения у Ивана Сергеевича. Он переслал рукопись, которая оказалась известной его поэмой "Бродяга". Поэму прочли и не нашли в ней ничего предосудительного. Но, тем не менее, молодому поэту были поставлены на вид два обстоятельства. Во-первых, ему письменно предложили вопрос: "почему он, Аксаков, беспаспортного человека выбрал себе в герои?", а затем, возвращая поэму, сделали при этом конфиденциальное сообщение, что "занятие стихотворством не приличествует человеку, облеченному доверием правительства"

В 1852 Совет Русского географического общества постановил передать Афанасьеву собрание русских сказок

В 1853 Никитин послал редактору "Воронежских губернских ведомостей" В. А. Средину свои поэтические опыты вместе с письмом, в котором писал: "Я - здешний мещанин. Не знаю, какая непостижимая сила влечет меня к искусству, в котором может быть я - ничтожный ремесленник! Какая непонятная власть заставляет меня слагать задумчивую песнь в то время, когда горькая действительность окружает жалкою прозою мое незавидное существование! Скажите, у кого мне просить совета и в ком искать теплого участия? Круг моих знакомых слишком ограничен и составляет со мной решительный контраст во взглядах на предметы, в понятиях и желаниях. Быть может, мою любовь к поэзии и мои грустные песни вы найдете плодом раздраженного воображения и смешною претензией выйти из той сферы, в которую я поставлен судьбой. Решение этого вопроса я предоставляю вам и, скажу откровенно, буду ожидать этого решения не совсем равнодушно: оно покажет мне или, мое значение, или мою ничтожность, мое нравственное - быть или не быть?"

В 1855 году Добролюбов выпустил 19 номеров рукописного журнала "Слухи" и тогда же принялся за опыты в беллетристическом роде

В 1856 году, за год до окончания курса, товарищ его Н. Турчанинов доставил в редакцию "Современника" первую критическую статью его о "Собеседнике любителей российского слова", которая и была напечатана в cc 7 и 8 "Современника" того же года. Статья эта сразу была замечена в литературных кружках и поразила всех как эрудицией автора, так и сдержанной, холодной иронией, дававшей повод читателям во многих исторических чертах давно минувшего открывать темные стороны современной эпохи

В 1859 году Дружинин организовал литературный фонд. Тургенев был его деятельным участников в виде чтения лекций

В 1860 году среди нескольких местных литераторов явилась мысль об издании литературного сборника под заглавием "Воронежская беседа". Средства для этого были предоставлены одним из преподавателей корпуса, П. П. Глотовым, а редакторство принял на себя М. Ф. Де-Пуле. Вокруг него образовался новый литературный кружок, который, кроме Никитина, составляли И. И. Зиновьев, А. С. Суворин и Н. Н. Чеботаревский

В 1860 Островскому за "Грозу" и Писемскому за "Горькую судьбину" была присуждена 1-ая Уваровская премия

В 1861 г. один из предпринимателей в Петербурге (Стелловский) купил у Писемского право на издание всех его дотоле появившихся сочинений за 8 тысяч рублей - сумма немаловажная по тому времени

В 1862 году Гончарову поручено было редактирование официальной "Северной почты", и он ее редактировал так, как в настоящее время редактируются, например, "Правительственный вестник" или "Ведомости СПб. градоначальства и полиции". Что он служил аккуратно и основательно, в этом не может быть никакого сомнения, так как мы знаем, что его постоянно повышали и в чинах, и в должностях: сначала он был цензором, потом членом главного управления по делам печати. Но как он служил, например, в должности цензора - мы ничего не знаем. Кажется, он никого не гнал, не преследовал систематически и вообще придерживался циркуляров. Репутации уступчивости и особой любезности, так украшающей цензоров, он, во всяком случае, не приобрел, быть может просто вследствие своей апатичности

В 1865 году, Островский в "Современнике" напечатал перевод шекспировской комедии "Усмирение своенравной" (совр. "Укрощение строптивой". - Ред.)

В 1869 Тургенев, раздраженный недостаточно почтительным, по его мнению, отзывом "Отечественных записок" о поэзии Полонского, выступил в "Санкт-Петербургских ведомостях" с открытым письмом, в котором говорилось: "Я убежден, что любители русской словесности будут перечитывать лучшие стихи Полонского, когда самое имя Некрасова покроется забвением"

В 1883 г. отменили заседание Общества любителей художественной словесности по случаю смерти Тургенева, лишь бы не дать слова Л. Толстому, а то он обязательно скажет что-нибудь не то

В 40-е годы Гоголь упорно сближался с людьми "надежного образа мыслей"

В XIX веке в Париже были популярны публичные лекции профессоров. Анненков так прослушал Конта

В августе 1802 года Каразин снова появился в Харькове. Здесь он убедился, что дворяне и горожане по-прежнему готовы содействовать осуществлению его мысли. В частном собрании дворян, бывшем 20 августа, состоялась подписка на 100 тысяч рублей серебром. На другом частном собрании дворян, состоявшемся 29 августа, решено было пожертвовать миллион рублей от всего слободско-украинского дворянства

В апреле 1862 года появилась наделавшая много шуму брошюра барона Шедоферотти, разбиравшая письмо Герцена к русскому посланнику в Лондоне

В восьмом номере "Современника" 1856 года была напечатана статья Добролюбова под заглавием "Отчеты главного педагогического института", в которой, под личиною громких похвал деятельности институтского начальства, было подпущено много яда, испортившего немало крови у господ, стоявших во главе института

В второе представление "Бедной невесты" государь привез с собой государыню и наследника с супругой,- впоследствии он еще раз смотрел ту же комедию. Благосклонность, по-видимому, была вполне внушительная, но она оказала мало влияния на театральную дирекцию и на цензуру. Отрицательное и даже враждебное отношение этих учреждений к новому таланту обнаружилось одновременно с его популярностью и нисколько не ослабевало с течением времени

В Вятке, будучи деятельно занятым на службе, Салтыков-Щедрин не оставлял мысли быть писателем: в его бумагах исследователи находили заметки, выписки из прочитанных книг, краткие наброски мыслей, которые потом предполагалось "развить", и т. п.

В доме Пушкиных устраивали домашние спектакли и всякого рода jeux d'esprit [остроумные игры (фр.)], в которых участвовали и дети

В доме Раевских в Гурзуфе нашлась старинная библиотека, в которой Пушкин тотчас отыскал сочинения Вольтера и начал их перечитывать

В литературу Никитина ввел воронежский интеллегент Второв. "Из разговора нашего, который скоро обратился к литературе, оказалось, что Иван Саввич много читал, но много также оставалось ему еще неизвестным. Он с радостью принял мое предложение пользоваться моею небольшою библиотекою и на первый же раз запасся "Дэвидом Копперфилдом" Диккенса"

В лицее, уже в первом классе, Салтыков-Щедрин почувствовал влечение к литературе и стал писать стихи. За это, а также и за чтение книг он терпел всевозможные преследования как со стороны гувернеров и лицейского начальства, так и в особенности со стороны учителя русского языка Гроздова

В начале 1837 года Ф. и М. Достоевские были отправлены в инженерное училище. "Мы верили чему-то страстно, и хотя мы оба знали прекрасно все, что требовалось к экзамену из математики, но мечтали мы только о поэзии и поэтах. Брат писал стихи, каждый день стихотворения по три, даже дорогой, а я беспрерывно в уме сочинял роман из венецианской жизни"

В начале 31 года Гоголь познакомился с Жуковским, который отнесся к начинающему писателю со своею обычной добротой и горячо рекомендовал его Плетневу. Плетнев с большим сочувствием взглянул на его литературные работы, посоветовал ему издать первый сборник его повестей под псевдонимом и сам выдумал для него заглавие, рассчитанное на то, чтобы возбудить интерес в публике. Чтобы обеспечить Гоголя в материальном отношении, Плетнев, состоявший в то время инспектором Патриотического института, дал ему место старшего учителя истории в этом институте и предоставил ему уроки в нескольких аристократических семействах

В Никитине хотели открыть новый талант-самородок, народного поэта вроде Кольцова, память о котором была еще так свежа в Воронеже. Приписать себе честь такого открытия было, конечно, очень заманчиво, и некоторые из новых друзей Никитина, кажется, слишком поторопились это сделать; благодаря им слух о Никитине как о новом народном поэте быстро распространился за пределами Воронежа. Впоследствии это только повредило Никитину: на него возложили такие ожидания, ему предъявляли такие требования, которых он выполнить не мог, потому что они совершенно не соответствовали его дарованию

В Париже Белинский почти не поднимался из-за письменного стола

В переменах классных и до прихода учителя Добролюбов ни с кем не якшается, а читает книжки, которые из дому носит. Книжки были все по предметам, проходимыми в классе

В Петербурге Пржевальского по обыкновению донимали обедами, приглашениями, просьбами о лекциях и прочим. Поживши в деревне, вылечившись, воспрянув духом, он стал хлопотать о путешествии в Тибет. Государственное казначейство выдало ему 20 тысяч рублей в дополнение к суммам, оставшимся от Лобнорской экспедиции

В письмах к Смирновой Гоголь высказывал желание, чтобы все экземпляры его сочинений сгорели; он говорил, что натворил в них много глупостей, что не любит их, особенно первого тома "Мертвых душ". Все они писались под наитием непосредственного творчества, без серьезно задуманной цели поучать

В письме к родителям от 18 ноября он рассказывает о чуде, случившемся с ним на "репетиции" профессора Устрялова, - "обстоятельстве, которое он считает не совсем обыкновенным и которому подобных примечал уже не раз в своей жизни". "Я все думаю, - замечает при этом Добролюбов, - что ваши молитвы хранят меня", и далее повествует, как Устрялов спросил его совсем не о том, что он приготовлял, и ему угрожало срезаться. Но с утра он молился об ответе; в том критическом положении он вспомнил о молитве и дрожащим голосом начал отвечать о норманнах. И вдруг профессор остановил его и начал задавать такие вопросы, на которые ему ничего не стоило ответить. Во всем этом Добролюбов видит явный перст провидения, предохранивший его от ложной гордости и показавший, на кого он всегда должен надеяться

В порыве восхищений Григорьев славословил, изрекал прорицательские определения, реял в некоем золотистом и розовом тумане. Самые решительные заявления критика не заходили дальше следующих откровений: "Новое слово Островского есть самое старое слово- народность: новое отношение есть только прямое, чистое, непосредственное отношение к жизни"

В пятнадцать лет Беранже считался уже поэтом среди своих подруг и друзей. К нему обращались с просьбами написать стихи на тот или другой случай

В распоряжении цензурного комитета от 1854 года рекомендовалось оберегать имена Державина, Ломоносова, Карамзина "от неправильных критик"

В своем доме на Маросейке В. Боткин устроил себе кабинет, куда снес всевозможные издания Шекспира и комментарии по нему

В С-Петербурге Кукольник, автор трагедий в классическом роде, сочинитель ходульных раздирательных мелодрам, считался гением

В течение всего 1845 года Герцен ходил на лекции в университет и слушал сравнительную анатомию

В то же время Каразин был озабочен и приисканием слушателей для будущего университета. В Харькове он нашел до 50 молодых людей, "годных к непосредственному поступлению студентами". Но этого числа ему казалось мало, и он уговорил Новосильцева, - опасаясь; выступать лично, чтобы не повредить делу, - представить министру народного просвещения записку о необходимости просить, чтобы из семинарий, находящихся в Харьковском учебном округе, не требовали учеников в Петербургскую учительскую семинарию, а помещали их в Харьковский университет

В феврале 1816 года Карамзин привез в Петербург к печати восемь томов "Истории государства Российского" и читал друзьям своим посвящение, которым начинается первый том истории. Пушкин присутствовал при чтении, запомнил все и, пришедши домой, записал от слова до слова, так что посвящение сделалось известно в лицейском кружке гораздо раньше, чем было напечатано

Вайнберг (1831--1908) выступал под псевдонимом "Гейне из Тамбова"

Василий Львович был известен в литературе как один из "арзамасцев", принятый в это общество Жуковским, и как автор сатиры "Опасный сосед"

Великая княгиня Екатерина Павловна выплачивала Гнедичу 1000 р/год для перевода "Илиады"

Весною 1869 года Ковалевские отправились в Гейдельберг; она стала посещать лекции математики, а он начал заниматься геологией

Во время одного разговора с замечательным французским математиком Пуанкаре Ковалевской пришла в голову счастливая мысль приложить новые взгляды из теории функций к решению вопроса о движении твердого тела, и настроение ее вследствие этой новой мысли совершенно изменилось: она не чувствовала больше одиночества, увлеченная творчеством

Во время публичного чтения "Короля Лира" в 1856 Некрасов и Тургенев вразумляли Л. Толстого в достоинствах Шекспира. Не вразумили

Вожаками консервативной, не принимавшей пьес А. Осторовского, партии явились Шумский, Самарин и особенно Щепкин

Возглавив "Библиотеку для чтения", Дружинин не замедлил пригласить в соредакторы Писемского, с одной стороны, потому, что злейшая чахотка, подтачивая его силы, не позволяла ему единолично вести журнал, а с другой стороны, потому, что редакция "Библиотеки для чтения" - журнала, совершенно утратившего в глазах публики всякое значение и находившегося в крайнем упадке, - надеялась поднять журнал и привлечь к нему внимание, поставив во главе его столь почтенного человека, как Писемский

Возьмите Тургенева и Герцена. Оба они, несмотря на весь демократизм своих убеждений, никак не могли сойтись с теми людьми, которые были плоть от плоти и кровь от крови демократии. Их коробили манеры, язык, замашки "новых людей", выступивших в России на сцену в шестидесятые годы. Они искали изящества, особенной утонченности чувств и идей и, разумеется, не находили их у деятелей, явившихся на смену их поколению

Вокруг Герцена в Париже образовался страстный кружок его обожателей

Воспользовавшись этой славой, Миттаг-Леффлер нашел возможным обеспечить Ковалевскую средствами на пять лет настолько, чтобы она могла жить в Стокгольме так, как это приличествует профессору. Несколько лиц приняли на себя обязательства выплачивать ей по пятьсот крон в продолжение пяти лет - таким образом для нее составилось жалованье в четыре тысячи крон (2222 руб.). Собственные денежные дела Ковалевской были в то время настолько плохи, что она не могла, как думала раньше, работать бесплатно

Впервые великий критик обратил на Некрасова внимание как на автора некоторых понравившихся ему рецензий

Вскоре после знакомства со Станкевичем, в 1831 году, в некоторых московских изданиях появились стихи Кольцова, уже с его подписью: так, в газетке "Листок", издававшейся Артемовым, были напечатаны несколько пьес поэта, а в "Литературной газете" - стихотворение "Перстень", присланное в редакцию Станкевичем

Второй том "Мертвых душ" был уже готов к печати, и он хотел оставить его на память друзьям своим. Он позвал к себе графа А. П. Толстого, в доме которого жил, просил его взять рукопись к себе и после его смерти отвезти ее к одному духовному лицу, которое должно было решить, что из нее можно напечатать

Выдача даже и скромных сумм производилась туго, сопровождалась редакторскими проповедями насчет расточительности и бережливости. Григорьев, в одну из многочисленных размолвок с прижимистым издателем, обмолвился очень верной характеристикой своего хозяина Погодина: "В вашем превосходительстве глубоко укоренена мысль, что человека надобно держать вам в черном теле, чтобы он был полезен"

Выписав сцену Руслана с головой, критик восклицает: "Но увольте меня относительно описания и позвольте спросить: если бы в московское благородное собрание как-нибудь втерся (предполагая невозможное возможным) гость с бородою, в армяке, в лаптях и закричал зычным голосом: "Здорово, ребята!" - неужели бы стали таким проказником любоваться?., зачем допускать, чтобы классические шутки старины снова появлялись между нами?"

Вышедшее в 1856 году первое издание стихотворений Некрасова было раскуплено публикой с изумительной быстротою, но в печати не вызвало ни одной статьи, ни одной самой коротенькой рецензии!

Гоголь "дарил" многим своим друзьям "О подражании Христу" Ф. Кемпийского со своим письмом, как правильно читать книгу

Гоголь даже в приятелях подмечал мелкие слабости тщеславия и подтрунивал над ними в чаепитиях

Гоголь надолго в 40-е годы живал у Жуковского за границей

Гоголь настаивал, чтобы каждый из его знакомых покупал "Московский наблюдатель"

Гоголь пытался поступить на сцену (1829, неудачно), занимался в Академии художеств (1830)

Гоголь рассказывал, как некоего писателя, отличившегося неблаговидным поступком, некий незнакомец остановил на улице: "А еще литератор"

Гоголь секретно встретился с Белинским в 1842 году в Москве, чем навлек на себя неудовольствие Аксакова и его друзей

Гоголь ужахнулся успеху своих "Мертвых душ" у западников

Гоголю хотелось бы отрешиться от всяких мирских забот, не отрываться от мысли о спасении души своей и о совершении подвига, назначенного ему самим Богом, о создании великого литературного произведения, а между тем денежные расчеты и связанные с ними дрязги постоянно отклоняли его в сторону. Не зная, как помочь себе, он обратился к своим московским приятелям - Шевыреву, Погодину и Аксакову - с довольно странной просьбой: взять в свои руки все дела его по изданиям, получать за него все причитающиеся ему деньги, а ему взамен того в течение трех лет высылать по 6 тысяч рублей ассигнациями в год. Этой суммы было, по его расчету, совершенно достаточно для обеспечения ему спокойного, безбедного существования, которое даст ему возможность и укрепить здоровье, и окончить "Мертвые души". Ни один из корреспондентов его не согласился взять на себя подобного рода обязательство, и Гоголю пришлось опять прибегать к займам, чтобы как-нибудь свести концы с концами

Гоголя заранее пригласили на чтение первой комедии Остроского. Он опоздал, приехал среди чтения, тихо подошел к двери и стал у притолоки. Так простоял он до конца, слушая, по-видимому, внимательно. После чтения он не проронил ни слова. Графиня Ростопчина подошла к нему и спросила: "Что вы скажете, Николай Васильевич?" "Хорошо, но видна некоторая неопытность в приемах. Вот этот акт нужно бы подлиннее, а этот покороче. Эти законы узнаются после, и в непреложность их не сейчас начинаешь верить". Этим и ограничился суд Гоголя,- к автору комедии он не подошел ни разу

Гончаров был глубоко оскорблен тем приемом, каким встретили "Обрыв". Нелегко переносить неудачу под 60 лет, да еще человеку, избалованному крупным литературным успехом. Естественно поэтому, что он ушел в себя и лишь в самых редких, экстраординарных случаях решался показываться публике

Грибоедову в первый и единственный раз в жизни удалось увидеть свою пьесу на сцене. Это было в 1829 году в Эривани, где дивизионный генерал Красовский устроил весьма порядочный офицерский театр в бывшем дворце персидских сердарей; но граф Паскевич запретил эти спектакли. Впервые "Горе от ума" было сыграно на публичной сцене уже после смерти Грибоедова, в Петербурге 26 января, а в Москве 27 ноября 1831 года

Деятельный пропагандист идей, Герцен, однако, вынужден был проповедовать чужим, невнимательным слушателям; аристократ ума, он провел долгие годы в стоячих водах Вятки, Перми и пр

Для Белинского одним из его приятелей был изделан перевод с Фейербаха

Для задуманного Белинским альманаха дали свои произведения Герцен, Гончаров, Щепкин. Все это перешло в "Современник"

Достоевский и оды из Сибири пишет на манер карамзинских, и прошениями забрасывает, и просто мечется на одном месте. В офицеры вышел-тотчас в отставку, потом - в Тверь, потом - в Петербург. Хлопот много, беспокойств куча, начаты десятки произведений, в голове ежеминутно зарождаются новые темы. Наконец-то зимою 1859 года он благодаря стараниям и собственным, и друзей очутился в Петербурге, с женой и пасынком

Дружинин завязал от своего имени и не спросясь редакции, на страницах "Современника", в "Письмах иногороднего подписчика", дружеские сношения с почвенниками, почему и получил их симпатии и прозвище - "честный рыцарь"

Дружинин завязал отношения с московскими славянофилами, что тогда рассматривалось едва ли не как предательство

Дружинина терпели в "Современнике" лишь на безрыбье

Друзья объявили подписку отправить Белинского в Зальбрунн на лечение

Едва выйдя из лицея, Пушкин уже осенью 1817 года был принят в члены литературного общества "Арзамас"

Есть анекдот, что в годовщину смерти Байрона Пушкин отправился в Святогорский монастырь к своему духовному опекуну и отслужил там соборную панихиду по новопреставившемуся боярину Георгию

Есть письмо Фета Л. Толстому, найденное исследователями. Письмо находилось на полосках бумаги, которые писатель использовал как закладки

Жадовская (1824--1883), поэтесса, жившая в Ярославле

Жалобы на него дошли наконец до царя. Предание уверяет, будто некоторые предлагали сослать Пушкина в Соловецкий монастырь. Но государь отверг эту строгую меру, и так как Пушкин был лицеист, то он обратился за советом к Энгельгардту. Встретившись с ним в царскосельском саду, Александр пригласил его пройтись с собою. "Энгельгардт,- сказал он ему,- Пушкина надо сослать в Сибирь. Он наводнил Россию возмутительными стихами; вся молодежь наизусть их читает. Мне нравится откровенный его поступок с Милорадовичем, но это не исправляет дела". Энгельгардт отвечал на это: "Воля вашего величества; но вы мне простите, если я позволю себе сказать слово за бывшего моего воспитанника. В нем развивается необыкновенный талант, который требует пощады. Пушкин - теперь уже краса современной нашей литературы, а впереди еще больше на него надежды. Ссылка может губительно подействовать на пылкий нрав молодого человека. Я думаю, что великодушие ваше, государь, лучше вразумит его"

Желание добыть как можно более денег побуждало Пушкина взяться за какое-нибудь периодическое издание. Так, сначала он мечтал о газете, но когда газета не была ему разрешена, предпринял в последний год жизни ежемесячный журнал "Современник"

Желание увидеть наконец свои произведения на сцене осуществилось сравнительно не скоро, в январе 1853 года, когда Островский был автором уже пяти пьес

Жуковский в 1837 исходотайствовал возвращение Герцена из ссылки в Вятку

Жуковский жил при дворе и от журнального мира всегда стоял в стороне

Жуковский перевел "Одиссею" с немецкого Фосса

Жуковский принял горячее участие в судьбе "Песни о купце Калашникове", которая была выслана Лермонтовым с Кавказа в 1837 году Краевскому для помещения в "Литературных прибавлениях к "Русскому инвалиду". Цензура находила совершенно невозможным напечатать стихотворение человека, только что сосланного на Кавказ. Краевский обратился тогда к Жуковскому, который, будучи в восторге от "Песни", дал Краевскому письмо к министру народного просвещения. Уваров разрешил печатание под свою ответственность, не позволив, однако, выставить имени Лермонтова: "Песня" была подписана "- в"

Жуковский, получил от Василия Львовича стихи Пушкина "Воспоминания в Царском Селе", отправился к друзьям своим и там, читая их вслух, останавливался на лучших местах и восклицал: "Вот у нас настоящий поэт!"

Журнальная полемика с "Современником" произвела на Писемского такое потрясающее впечатление, что, по словам Анненкова, он впал в то состояние изнеможения, какое находило на него при всяких крупных неудачах жизни. Он отказался от поста редактора "Библиотеки для чтения", разорвал все связи с Петербургом, отказавшись в то же время и от участия в делах литературного фонда, и со всей семьей переселился в начале 1862 года в Москву

© 2000- NIV